Книга Сколько волка ни корми, страница 263 – Карина Володина

— А что это за племя, если оно пляшет под дудку избалованной, ленивой, никчёмной бездельницы, которая открывает рот только для того, чтобы что-то сожрать или кого-то обосрать? – скалится Сивер. – Что это за племя, молчавшее и кивавшее в ответ на все её слова? Нет, сестрёнка, мне плевать на племя, которому плевать на мою настоящую сестру. И мне плевать, как вы будете выкручиваться – можете прийти на поклон к соседнему, вот вам мыслишка. А этим всё и закончится – всех волков сдует от тебя ещё быстрее, чем от Врана, потому что Вран хотя бы мог удерживать их подвешенным языком – а твой язык, видимо, предназначен только для того, чтобы запихивать его в глотку Веша. Пошла ты в вечный лес, Искорка. Пошли в вечный лес вы все – и ты, Верен, если ты так горюешь о своём брате, который послал тебя на двенадцать лет и даже не подумал с тобой связаться. Вран, которого ты так ненавидишь, хотя бы писал Бае свои бессвязные писульки – о, он одолел меня своими писульками, но они хотя бы были. Давай, живи счастливо и спокойно под главенством той, кто и забыл, как выглядит Нерев, – и под знахарством того, кто не заробел пойти в человеческую деревню, чтобы сдать ей твоего брата со всеми потрохами, но отказался возвращаться за его телом. Я уверен, они подарят тебе множество незабываемых впечатлений – я уверен, о, я готов поспорить, что ты вовсе не взвоешь через месяц от того, во что они превратят наше племя, и не проклянёшь себя за собственную глупость – но глупость должна быть наказуема, и ты поешь этого наказания…

— Хватит, – говорит Бая, подхватывая его под локоть. – Достаточно.

— …сполна, мой разрушитель землянок главы племени, – не успокаивается Сивер, даже когда Бая насильно тащит его вперёд – к Врану. – О, как захрустит у тебя на зубах эта земля – но, как жаль, твой новый знахарь решит, что ты простыл, и не сможет тебе ничем…

Сивер продолжает костерить несчастного Верена на чём свет стоит. Бая понимает, что его бесполезно останавливать, – и просто даёт ему выговориться.

Вран продолжает стоять, отвернувшись. Когда Бая подходит к нему, Вран даже не смотрит ей в глаза. Смотрит куда-то вперёд – отсутствующим, болезненным, невидящим взглядом.

А Сивер почему-то не переключается на него. Сивер всё поносит и поносит Верена.

«Что ж, – думает Бая. – Это неплохое начало.»

— Ты должна вернуться, – говорит ей Вран.

Розовый рассвет ласкает спокойную гладь реки. Продолжает бормотать что-то себе под нос Сивер, отправившийся умываться, – но, кажется, Сиверу не помогает остыть даже прохладная вода.

— Кому? – просто спрашивает Бая.

Вран смотрит на неё.

Вран смотрит на неё болезненно, недоумевающе и всё так же опустошённо. Вран уже смотрел так на неё однажды – когда Бая отказалась идти за ним. Теперь Вран недоволен тем, что она пошла. Что порой творится в головах этих мужчин?

— Что – кому? – спрашивает Вран.

— Что и кому я должна, Вран?

У Врана дёргается лицо – досадливо и бессильно.

— Давай обойдёмся без этих бессмысленных вопросов, Бая, – говорит он. – Ты сама знаешь на них ответ.

— Да нет, – пожимает плечами Бая. – Я правда не понимаю, о чём ты. Глава племени действительно обязана быть со своим племенем – но и племя обязано ей подчиняться. Если одна сторона отказывается от своих обязанностей, почему их должна выполнять другая?