Книга Песнь безродного, страница 230 – Карина Володина

— Ах, дорогой Алин! – И правда – к нам на всех парах летит доамна Ковач. – Ах, милый Листер!.. Как чудесно!

Доамне Ковач гораздо больше идёт оранжево-чёрная гамма, к которой обязывает род и мероприятие. Наверное, потому, что от рождения она не Ковач. Сильвана взяла всё от отца, вымученно улыбающегося сейчас моему: и нездоровую бледность, и квадратное лицо с выступающими скулами, и тонкие прямые волосы, и чрезмерную худобу вместе с неизящно высоким ростом. Доамна Ковач же – счастье, праздник, гедонизм. Пышные щёки, пухлые руки, розовый румянец, игривые кольца упругих светлых волос в коротком каре.

С волосами этими через несколько секунд я знакомлюсь чуть ближе, чем хотел бы: доамна Ковач сгребает меня в нежные, но цепкие объятия, и один особенно настойчивый локон тут же начинает лезть мне в нос.

— Ах, Сильвана, я так и знала, что ты здесь! – восклицает доамна Ковач – но отпускать меня не спешит. – Конечно, где же ещё тебе быть, как не рядом с нашим дорогим Алином? О, Алин, вы сделали очень хороший выбор! Моя дочь рождена для этого танца, как и вы, – ах, а если представить, какими могут быть ваши дети… В теории, конечно же, исключительно в теории, но…

Листер кашляет. По его губам начинает расползаться чрезвычайно довольная улыбка.

«Иди к чёрту», – отвечаю я ему глазами.

— Матушка, нас поставила вместе доамна Гросс, я же говорила вам, – замечает Сильвана, хоть это и не совсем правда. Впрочем, сама Сильвана сейчас – «не совсем правда»: чего только стоит её вежливый, выверенный, вмиг утративший всю насмешливую хрипотцу голос. – Алин сделал мне очень большое одолжение, согласившись. Открыть свой первый официальный танец с будущим главой рода Фунаров – честь для любой девушки. Я очень благодарна Алину за то, что он стал моим надёжным партнёром на этом волнительном пути.

— О, я думаю, ты тоже была для Алина надёжным партнёром, моя дорогая, – замечает и доамна Ковач, слегка отстраняя меня за плечи и лукаво подмигивая. – Надёжность – это вообще наше кредо, вы же знаете наш девиз, Алин? «Надёжный тыл». Ах, какой многогранный смысл заложен в этих двух, казалось бы, простых…

— Да, замечательный девиз! – гаркают мне во второе ухо, и по лицу доамны Ковач пробегает тень досады. Вот чёрт. Доамна Ротару. – Но может быть, Алин вспомнит и девиз нашего…

Высокородные доамны продолжают прибывать ко мне, как сговорившись. Соломон, Трипон, Фаркаш, многие другие – пытается даже пробиться Виолон, которую я вижу впервые, но быстро сдаётся, видимо, из-за отсутствия опыта: переорать остальных разошедшихся сводниц, особенно Ковач с Ротару, – операция повышенной сложности, в самый раз для задачек на отлично Мати Коппеля.

Листер тоже не остаётся без внимания – однако ему доамны улыбаются с куда меньшим энтузиазмом. Тридцатитрёхлетний холостяк, старший сын главы рода – звучит, казалось бы, отлично, но… Домнуле Даскалу давно дал понять, что его место Листер не займёт, а сам Листер, при всей своей обходительности и ослепительных улыбках высокородным дамам, ни разу не был замечен ни с одной из них. В жизни Листера была только одна женщина, и новую он искать не собирался.

— Доамны, – слышу я спокойный, глубокий голос отца. – Добрый вечер. Приятно видеть сына в такой хорошей компании. Впрочем, она и не могла быть другой – именно поэтому мы и выбрали для него эту академию.