Онлайн книга «Песнь безродного»
|
Мне не особо весело – но уголок губы предательски вздрагивает. — Лазареску может всё от всех скрывать, – просто говорю я. – А может и не скрывать. И никаких секретов не нужно. — Что-то я тебя не понимаю, – качает головой Нила. А я, к сожалению, начинаю понимать всё лучше и лучше. И мне всё меньше верится, что отец не в курсе происходящего. Наивные детские мечты, наивное «все вампиры – злые, все охотники – храбрые, а все Фунары – честные». Конечно, наш род чтит законы и правила охотничьего сообщества – только в каждом правиле есть исключения, а в каждом законе – набор подпунктов с допущениями. Листер выдавал мне все эти секреты академии в целом и Лазареску в частности так просто и игриво – мол, вот, делай с ними что хочешь, а я постою в сторонке и посмотрю. Мой отец, как и отец Листера, как и мастер Хэнрик, как и все взрослые и окончившие обучение Фунары, Даскалу и Лазареску, входит в Совет трёх родов – ядро охотничьей ассоциации Европы, где раз в квартал обсуждаются все вампирские вопросы. С привлечением статистики из отделов контроля и нейтрализации, которую Лазареску никак скрыть не мог. Я чувствую, что ступаю на что-то липкое и скользкое, увязаю в чём-то дурно пахнущем, опускаюсь на корточки перед чем-то надёжно спрятанным от посторонних глаз на дне всех родовых тайн и секретов – и не могу от этого отвернуться. — Алин, – окликает меня Нила. Не требовательно – напоминающе. Эй, вот она я, прямо перед тобой, ещё не слишком осознающая трагизм ситуации, но вполне готовая его с тобой разделить, только объясни. Броский макияж, вызывающая одежда, ярко-красные шнурки, лукаво скрытые под юбкой… Ниле всего восемнадцать, она ещё ребёнок, не чистокровный ребёнок рода Даскалу, по сути – безродная, принятая семью лишь по воле случая. Стоит ли мне втягивать её в эти игры? Стоит ли мне втягиваться в них самому? — Вполне возможно, что наши семьи по каким-то причинам молчат о вампирской активности, – говорю я, взвешивая каждое слово. – Не только Лазареску – Фунары и Даскалу. Листер рассказывал мне о каком-то полубредовом запрете на охоту практикующих преподавателей вблизи академии… Возможно, в данном контексте он не такой уж бредовый. Возможно, эта информация действительно не должна выходить за пределы родов первого порядка – и работающих здесь в поле безродных, которые не могут не сталкиваться с полнокровниками по долгу службы. Не знаю, с чем это связано. Может быть, мы… весь охотничий институт, спонсируемый всевозможными правительствами, немного не оправдывает надежд. Может, наши просто не хотят сеять панику. Может, дело в безродных, которые будут не слишком рады отдавать десять лет жизни на обязательную работу в таких условиях. Может, всё вместе. А может, и что-то ещё. Но в любом случае всё это звучит довольно… — …мутноватенько, – кивает Нила. – Да, домнуле Фунар, интересная картинка. И вы хотите добавить к ней пару дополнительных штрихов? — Я хочу… А что я хочу? Я собираюсь с мыслями. — Я хочу провести небольшой эксперимент. Листер связал меня секретом Даскалу, и было бы прямым оскорблением вашего рода советоваться с моим отцом о происходящем – к тому же, учитывая мои подозрения, отец вряд ли что-то расскажет, но у него могут возникнуть встречные вопросы об источнике информации. Академия, судя по словам Ферки, априори связывает нас секретом о появлении здесь безродных… не то чтобы нам озвучивали это представители дирекции, но, видимо, это элемент кураторского просвещения. А вот возможный полнокровник где-то в Брашове, на которого я наткнулся совершенно случайно, – это совсем другое дело. Я не нарушу никакие секреты. Просто обращусь, как ответственный гражданин, в КРВВК и начну открытый судебный процесс. Местный. Увы, это наверняка получит огласку из-за моего имени, но что поделаешь? |