Книга Единственная для Бога войны, страница 32 – Наталья Косухина

Только те обладали такими привилегиями, кто смог когда-то оказать услугу императорской семье. А драконы редко когда нуждались в чьей-то помощи. Впрочем, у моего дома это получилось несколько раз, и именно поэтому мы находились по влиянию сразу после императорской семьи – имели полную морскую монополию. Так продлится до тех пор, пока мы смиренно склоняем голову перед троном и не претендуем на большее, чем нам отведено.

Вынырнула я из раздумий, когда голос ведущего аукциона объявил продажу артефакта, который интересовал меня больше всего. Невзрачный, тусклый, похожий на старую безделушку из захоронения, предоставленный как просто древний экспонат, он не привлекал внимания – мало кто знал, что вещь рабочая и может убить дракона. Распорядитель этого не огласил.

Но я и еще один человек в зале прекрасно были осведомлены о возможностях этой вещи. Неизвестный представлял знатного вельможу, который не хотел, чтобы его заметили, поэтому прислал представителя. И у этого вельможи денег было значительно меньше, чем у меня, а значит, он не получит этот артефакт. Сегодня удача будет на моей стороне.

— Древний артефакт, – провозгласил распорядитель, указывая на небольшую обшарпанную шкатулку. – Рабочее состояние не подтверждено. Первоначальная ставка – сто денежных единиц.

В зале прошелестел легкий шум – пока никто не горел желанием тратиться на сомнительную древность.

— Двести, – послышалось сзади.

В прошлой жизни предатель слишком легко получил его, заплатив смешную цену, и потом использовал с ужасающей эффективностью. Но не в этот раз.

— Триста, – подняла я ставку, голос мой прозвучал спокойно и твердо.

Народ зашушукался. Это была первая вещь, совершенно бестолковая на первый взгляд, которой я заинтересовалась, и это вызвало недоумение. Я видела, как несколько голов повернулись в мою сторону, разглядывая меня с насмешливым любопытством. Видимо, решили, что я хоть и наследница, но бестолковая.

— Четыреста, – отозвался противник, и в его голосе уже слышалась легкая напряженность.

— Пятьсот, – парировала я.

Несмотря на то, насколько важен был для меня этот предмет, я сохраняла ледяное спокойствие, когда поднимала ставки. Если это не императорская семья, а я знала наверняка, что это не она – драконы никогда не скрывались под капюшонами, – я выиграю. У меня было достаточно средств, чтобы раздавить любого соперника. А вот мой противник, судя по дрогнувшим нотам голоса, начал заметно нервничать.

— Тысяча, – выкрикнул мужчина, пытаясь показать, что не сдается.

Думает, я просто так заинтересовалась артефактом и уступлю? Ха!

— Пять тысяч, – ответила я и, встретив заинтересованный взгляд Ротега, усмехнулась краешком губ. В его глазах сверкнуло одобрение – он начинал понимать, что я не так проста, как кажусь.

— Семь тысяч, – голос сзади звучал уже с отчаянием.

— Десять, – бросила я, словно речь шла о пустяке.

В зале повисла гулкая, давящая тишина, нарушаемая лишь редким шепотом и скрипом кресел. Мой противник молчал. Он знал возможности нашей семьи, уже понял, что я не уступлю ни за что, и явно осознал бесполезность дальнейшей борьбы. Видимо, десять тысяч был его пределом, который одобрил его покровитель. А посоветоваться нельзя, заказчика рядом не было.

— Кто-то еще будет делать ставку? – уточнил ведущий, выдержав паузу, и, не получив ответа, звонко ударил молоточком. – Продано дому Вейлин за десять тысяч. Когда вносится оплата?