Книга Единственная для Бога войны, страница 35 – Наталья Косухина

— Как и ты, – обронила я небрежно, но, видимо, в моем голосе что-то прозвучало, что заставило отца прищуриться и пытливо взглянуть на меня. Я же в этот момент тщательно и ответственно выбирала себе кусочек мяса с блюда, делая вид, что ничего не замечаю, но краем глаза посматривала на родителя.

— Ты купила нож из-за меня? – уточнил отец и тоже примерялся к мясу. Такими темпами за лучшие куски скоро откроется настоящая охота.

— Для тебя. Это подарок, – улыбнулась я, и на моих губах заиграла легкая улыбка. – Отдам после ужина.

Мне было стыдно признаться, но с тех пор, как я поступила учиться в академию, я никогда ничего отцу не дарила. Я жила своей жизнью, думая, что успею позже, но «позже» так и не наступило.

— Чтобы я охотился на огненных магов? – осведомился родитель, продолжая копаться в тарелке с мясом.

— Не хотелось бы, иначе его величество накажет наш род. Вдруг ты покусишься и на дракона?

— Ну, если дракон не будет покушаться на мою дочь, то и у меня к нему не будет никаких претензий, – пробормотал отец, наконец определившись с куском.

Услышав такое, я едва не подавилась мясом и в шоке посмотрела на невозмутимого отца, который не обращал на мою мимику никакого внимания. Что он имел в виду?

Он знает о моих чувствах к принцу? Может, что-то знает о его чувствах? Он гипотетически не ободряет наш союз?

— Что ты имеешь в виду? – напряженно уточнила я.

— О чем ты? – вскинул на меня взгляд отец, полный непонимания.

— Про дракона. Ты кого-то конкретно имеешь в виду? – попыталась понять я родителя.

— Кого я могу иметь в виду? Помни, я верный подданный его величества, – улыбнулся отец и вернулся к трапезе, как ни в чем не бывало.

А я поняла, почему его так недолюбливают в деловом мире. Он тот еще хитрюга.

— А что с тем дорогущим артефактом? – поинтересовался отец чуть позже, когда мы перешли к десерту. И я настороженно вскинулась. – Он же бесполезен, говорят. Просто красивая безделушка.

— Это подарок принцу на день рождения, – выдавила из себя признание я, отправив в рот маленький кусочек пирожного. И покосилась на отца: как он отреагирует?

У родителя вытянулось лицо. Он отложил ложку в сторону.

— Неработающий артефакт второму принцу на день рождения? Это какая-то ваша игра? Ты ему безделушку, и он это по достоинству оценит?

— Я его починю, – откашлялась я. – Добавлю лоска и блеска. Сделаю все на высшем уровне, чтобы у императорской семьи не возникло ни малейшего сомнения в нашей верности. У них дни рождения каждый год, и им куча народа дарит разное дорогое барахло: золото, драгоценности, ткани… Они потом наверняка слугам раздают или в кладовые ссыпают, даже не взглянув. А здесь будет антиквариат, древняя вещь с историей – хоть выделимся среди этой серой массы. Запомнят нас, отец. Запомнят надолго.

— Главное, чтобы твоя голова осталась на плечах, – вздохнул отец. Он знал, что если я что-то решила, меня не переубедить. Так было всегда, сколько он себя помнил.

— Хочешь, подари подарок и от себя, – пожала я плечами, возвращаясь к пирожному и радуясь, что странных и неудобных вопросов от родителя вроде бы не предвидится. – Сделаем вид, что это общий жест рода.

— Как это будет выглядеть? – иронично посмотрел на меня он. – Подарок всегда делают от всего рода, а не от одного человека. Это традиция, и ее не нарушают.