Книга После развода. Лучше одной, страница 90 – Яна Мосар

— Я хочу спать. Не хочу я никаких тестов.

— Я от тебя не отстану. Всего-то делов на пару секунд.

Убегает за своим тестом.

— Маш, да не трать зря.

— Все равно у него срок годности выходит.

Усаживает меня, инструктирует, оставляет одну.

И так ясен результат, но, чтобы она от меня отстала, делаю быстро процедуру и выхожу.

— Вот, держи. Я отдыхать.

— А тебе что, не интересно?

— Маш, если бы я могла иметь детей, то явно бы от бывшего мужа залетела.

Чищу зубы, переодеваюсь в пижаму и ложусь.

— Ясь, спишь? - заходит все же ко мне.

— Сплю.

— Тут тест готов, мне кажется, ты должна знать, чтобы не гадать целую ночь.

— Я не гадаю, не волнуйся, спокойной ночи, - натягиваю на глаза повязку для сна.

— Нет уж, - тянет с меня одеяло.

— Маш, - поднимаю повязку с глаз. - Ну что?

— Это тебе кажется, что ты не думаешь об этом, но думаешь же.

И кидает мне тест.

Марат.

Выхожу от нее в каких-то непонятных чувствах.

Ехал сюда с целью расковырять все и выяснить, а уезжаю так, будто не прав я.

Но и признать не могу, потому что факты против нее.

И так говорила и смотрела, как будто это была последняя встреча.

От этого в груди какая-то пустота ощущается.

Да не только в груди. В воздухе, в тишине, в руках.

Хочется вернуться, обнять, прижать. Извиниться хрен знает за что.

Лишь бы не чувствовать эту пустоту.

Но открываю папку.

Листаю.

Цифры. Цифры. Мать их.

Все мои проблемы от того, что спешу. Тут надо обдуманно посмотреть. Решить.

Чтобы снова не испортить все.

Еду домой.

В квартире тихо и одиноко.

Теперь особенно, когда знаю, что больше она тут не появится.

На хера вообще такая квартира здоровая одному?

Раздражает сейчас даже это.

И так тихо, что хочется сломать что-нибудь, чтобы разрушить эту тишину.

Куртку бросаю мимо вешалки. Ключи летят на стол. В кабинете включаю свет, сажусь и наконец открываю ее отчет.

Первый лист.

Второй.

Третий.

И уже на третьем меня начинает подташнивать.

Не от цифр.

От нее.

От того, как она все это собрала.

Яра не просто накопала схему. Она разложила ее так, будто знала: я буду злым, упрямым, заведенным и глухим. Поэтому оставила мне только факты. Голые. Чистые. Без истерик. Без обвинений. Без женского “я же говорила”.

Таблицы. Выписки. Совпадения по сменам. Время. Суммы. Даты. Ее заметки на полях.

Веду пальцами по записям, как будто к ней прикасаюсь.

“Сумма по меню - одна. По выписке - другая”.

“Фактическое время оплаты не совпадает с временем обслуживания”.

“Вероятен второй терминал”.

“Одни и те же фамилии проходят в нескольких точках”.

“Проверить, кто открывал смену”.

Смотрю на ее почерк и понимаю, что больнее мне сейчас не от “прощай”.

Больнее от того, что, даже уходя от меня, она все равно доделала работу.

Не слилась.

Не спряталась.

Не швырнула на полпути со словами “сам разгребай”.

Нет. Все добила до конца. Для меня. Для бизнеса. Как человек, который не умеет делать спустя рукава даже тогда, когда хочет послать тебя к черту.

Хочется самому себе дать по морде.

Потому что я приехал к ней с наездом.

Из-за куска записи.

Из-за слов, вырванных так, как было удобно Аслану.

Беру телефон и только сейчас замечаю сообщение от нее. Аудиозапись.

Которая вскрывает правду дальше. Разговор с Асланом. Его голос узнаю сразу. Он пришел. Он провоцировал.