Книга Тайная страсть офицера, страница 13 – Чарли Ви

Я заслужила немного счастья, – шепчу я себе, пытаясь заглушить мерзкий голос совести. – Я тоже хочу жить. Хотя бы один день. Хотя бы несколько часов. Даже ценой нескольких мужских жоп.

(Арсений)

— Соколов! К боссу.

Голос дежурного вырывает меня из тяжёлых мыслей. Я уже час вглядываюсь в экраны камер. Ночь. Двадцать три сорок. Весь день на ногах, и сейчас ещё «на ковёр».

Я киваю и иду к левому крылу. Спину сверлят взгляды тех немногих, кто ещё держится на ногах. Остальные – кто в сортире, кто уже в постели. Говорят, Надежда сегодня борщ дала всем испорченный. Или не доварила – версии множатся быстрее, чем количество пострадавших.

Но я знаю, что не в борще дело.

Проходя мимо лестницы, краем глаза замечаю свет в её комнате. Щель под дверью тонкая, как нитка, но я всё равно отворачиваюсь. Не смотреть. Не думать. Делай вид, что её не существует, самому бы теперь следовать этому правилу.

Подхожу к кабинету Сомова с тяжёлой дубовой дверью с латунной ручкой. Три коротких удара.

— Войдите.

Он сидит в кресле перед монитором. Сомов трёт переносицу, и я отмечаю, что жест у них с дочерью одинаковый. Я закрываю за собой дверь.

— Вызывали.

— Завтра, – говорит он, не глядя на меня, – едешь с Софией в город.

Я молчу. Внутри что-то дёргается. Не думал, что у неё получится. Думал, упрётся в отцовское «нет» и сломается. А она не сломалась.

Чёртова девчонка.

— Вас понял, – отвечаю ровно с каменным лицом.

Сомов поднимает голову. Смотрит на меня в упор, и этот взгляд я знаю хорошо. Так смотрят люди, которые готовы убить, если уличат во лжи.

— Качественно выполняй свою работу, Соколов, – говорит он, не напрягая голос. – Если с ней что-то случится, я тебя за яйца подвешу в старом сарае. Ты понял? И не посмотрю, какой там у тебя послужной список.

— Понял, – отвечаю я, глядя ему в глаза. – Но я и так сутки на ногах. Хотел бы отдыхнуть завтра.

Он усмехается.

— Я вроде на работу тебя нанял. Да это и не работа. Отдых. Свозишь Соню в школу. Там охраняемая территория, конкурс этот дурацкий. Сильно не устанешь.

Пауза. Я держу лицо.

— Я бы Вадима отправил, – продолжает Сомов, буравя меня взглядом, – но охрана вдруг внезапно заболела.Вся. Кроме тебя. Тебе не кажется это подозрительным?

Вот оно. Я чувствую, как воздух в кабинете густеет.

— Да нет, – говорю я спокойно, даже чуть устало, будто меня действительно не волнует, поеду я завтра в город или нет. – Это легко объяснить. Ребята обедали все вместе. Я последним пошёл. Возможно, суп был испорчен – вот их и пронесло. Мне супа не хватило. Я ел яичницу. Наверно, меня это и спасло.

Сомов молчит. Секунда. Две. Он смотрит на меня, и я позволяю себе лёгкую тень досады на лице: «ну надо же, с супом не повезло ребятам».

— Логично, – наконец произносит он, но в голосе всё равно сквозит недоверие. – Но я всё равно разберусь. С Надеждой поговорю. Если дело в ней…

Он замолкает, многозначительно, давая мне домыслить концовку. Я не домысливаю. Надежду, конечно, жаль, но дело важнее.

— Завтра в десять, – возвращается он к делу. – Ждёшь уже в машине. Конкурс начинается в двенадцать. Куда ехать, Соня скажет.

— Понял. Разрешите идти?

— Свободен.

Я выхожу из кабинета и только в коридоре позволяю себе выдохнуть. Завтра мы едем вдвоём. И от меня требуется только одно: находясь рядом с ней, держаться от неё подальше. Просто, блядь, непроходимый квест какой-то.