Книга Целься в сердце, страница 7 – Наталия Леонова

— С чего ты взял, что я собираюсь с ним связываться?

— С того, что ты смотрела на дверь пресс-центра весь чертов час, — сказал Даниил. — Ждала, когда он войдет. А когда он вошел, не могла оторвать взгляд. Я сидел рядом, я видел.

Арина не нашлась, что ответить.

— Он опытный, — добавил Даниил. — Он знает, как давить. Как залезть под кожу. Ты молодая, горячая — для него это игрушка. Развлечение на турнире. Не дай ему себя использовать.

— Спасибо за заботу, — холодно сказала Арина. — Но я сама разберусь.

— Угу. — Даниил отпил воды. — Как знаешь.

Артем, который делал вид, что не слушает, поднял бокал с красным вином.

— Завтра первый матч против Сербии. Предлагаю без драм. Ты, — он посмотрел на Арину, — не провоцируй. Ты, — он посмотрел на Даниила, — не усугубляй. Мы команда.

— А я вообще молчу, — улыбнулась Ольга.

— Молчи, — согласился Артем. — Инга, как твои подопечные?

Инга подняла спокойные серые глаза.

— Все здоровы. К тренировкам готовы.

— Отлично. Тогда пойдем.

Но уйти не получилось.

Потому что в этот момент в ресторан вошла делегация Сербии.

Их было четверо.

Мирко Петрович шел первым, чуть замедляя шаг, словно давая остальным время подстроиться под его ритм. На нем была темно-синяя рубашка с длинным рукавом, расстегнутая на две пуговицы, открывавшая ключицу. Левый рукав он закатал до локтя, обнажая смуглое предплечье с темными волосками и татуировку — шахматного коня с красным глазом, черного, стилизованного, на внешней стороне предплечья. Правый рукав остался спущенным, и от этого небрежная асимметрия придавала ему вид человека, которому плевать на правила. Волосы, еще влажные после душа, вились на затылке, падали на лоб непослушной прядью. Двигался он мягко, почти лениво, как человек, привыкший к тому, что его ждут.

За ним, на шаг позади, — Милица. Длинное черное платье без бретелек сидело на ней как вторая кожа, волосы распущены, золотистые отблески люстр играли в темных, с рыжиной, прядях. Она несла свою красоту как оружие: каждый жест — выверен, каждый взгляд — точно рассчитан. На ее лице застыло выражение легкого превосходства, которое у одних вызывает восхищение, у других — желание перечить. Она не смотрела на Мирко, но держалась близко, и расстояние между ними было ровно таким, чтобы посторонние подумали, что они вместе, а они сами знали, что это не так.

Драган, тренер Мирко, замыкал шествие. Сутулый, седой, в помятом пиджаке, который он, казалось, носил не первый десяток лет. Он шаркал ногами, но не от старости — от привычки экономить силы. Его цепкие серые глаза не упускали ни одного движения игроков, ни одного жеста персонала. Он был из тех, кто видит все и не говорит ничего лишнего.

Рядом с ним — Светлана, тренер Милицы. Высокая, худощавая, с лицом, которое никогда не улыбается. Ее волосы собраны в жесткий пучок, одежда — черные брюки, серая водолазка, никаких украшений. Она напоминала карандаш: острая, прямая, оставляющая только те линии, которые нужны. Она не смотрела на Милицу — Милица и так знала свое место. Светлана смотрела на всех остальных, оценивая, взвешивая, вычисляя слабые места.

Они вчетвером — не команда, скорее временный союз, где каждый преследовал свои цели. Но сейчас, в свете люстр, под шепоток журналистов и любопытные взгляды постояльцев, они выглядели как единое целое. И это единство было самым опасным, что могло быть.