Книга Ловя отражение Луны, страница 165 – Гвендолин Доу

— Хорошая сила, только в совершенно неприемлемом направлении, – прокомментировала наставница Чжоу.

Девушки из Цзытэн, до этого с долей сочувствия наблюдавшие за Мо Яном, опешили и начали возмущаться, осыпая несчастного ругательствами и порицаниями:

— Что за бездарный юноша!

— Верно-верно, он что, специально целился в нашу наставницу? Ужасно!

— Это ведь тот самый ученик из Мэйшань? Вот и правду говорят, что у него несчастливая судьба!

Мо Ян, опустив голову так, чтобы не было видно лица, отдал лук Го Юняну под смешки и причитания. Он собрал остатки самообладания и на выходе громко сказал скорее себе, чем кому-либо еще:

— Поэт редко бывает искусным воином.

Отношение к шисюну Мо изменилось так же быстро, как менялись границы земель во времена Воинствующих царств. Маленькие адепты Мэйшань повернулись к нему спиной, изображая увлеченность следующим участником. Заклинательницы из Цзытэн демонстративно обсуждали никчемность обучения в младшей школе, а адепты Мулань словно еще больше возгордились и мысленно вознеслись к самим Небесам.

Стоило лишь порадоваться, что Бай Шанцюэ был рядом со старейшинами и не мог прилететь к нему, оседлав облако, чтобы избить своими рукавами до полусмерти. Наверняка это дело времени – теперь Мо Яну постелят в Зале Наказаний, лишат еды, а то и вовсе прогонят вместе с его «блохастой псиной» прочь…

Гу Минь, заметив приближение шисюна, сразу поднялся и подошел ближе, обеспокоенно склонив голову. Испугавшись, что глаза неоперившегося небожителя смогут увидеть лишнее, Мо Ян закрыл лицо руками и стал показательно страдать. Он услышал тихое изумление троицы глупцов из Мэйшань от того, что их так спешно покинули. И ради неудачника?

— Не надо так расстраиваться, ты ведь и не думал показать хорошие результаты.

— Меня может успокаивать кто угодно, но не ты. – Мо Ян держал глаза крепко закрытыми. – Неважно, в самом деле.

— Выяснил что хотел? – Младший соученик, взяв его за предплечье, отвел в тень.

— Гм. Может быть. Шиди, тебе надо показать себя еще лучше, чем ты есть, чтобы позор бездарного шисюна был забыт, – пробуя изобразить игривый тон, сказал юный Мо. В тени и правда стало легче, и он смог отнять руки от лица, все еще не смотря на Гу Миня.

— Не хотелось бы называть оленя лошадью ^[203], но раз ты просишь… Тебе что-то попало в глаза?

— Я буду в порядке, иди уже. – Мо Ян, не глядя, вытянул руку и чуть оттолкнул Гу Миня от себя подальше.

Тот перехватил чужую ладонь и уже хотел было что-то сказать, как…

— Гу Минь из Сюэбай Мэйшань! – позвал голос Е Сюланя.

В самом деле, Мо Яну не надо было даже открывать глаза и смотреть, чтобы понять, что все ожидали именно его. Избранник Звезд, будущий небожитель. Во рту стало кисло и горько одновременно, и юноша, борясь с подступившей тоской и тошнотой, нашел себе неприметный угол вдали от лишних глаз и стал наблюдать за выходом шиди.

Гу Минь учтиво поклонился учителю Е – стоящий рядом Цзюнь Лу состроил неприязненную гримасу, но ничего не сказал. Вышел на поле и принял лук из рук Го Юняна. Мо Ян вдруг впервые подумал, что относительно рослого и грациозного адепта Цзюнь маленький шиди выглядит неброско и даже ростом не превосходит потомка могущественного клана. Прическа у Гу Миня была простая, как и его поведение, не отличающееся красивыми манерами и жестами.