Книга Последняя надежда Этэры, страница 101 – Алекс К. Уиллис

Романа уложили рядом с Марком. Командир, все еще прикованный к постели, был бледен и ослаблен, но в его глазах горел прежний огонь. Он видел состояние Романа.

— Ну? – тихо спросил Марк, его голос был хриплым, но твердым.

— Генератор уничтожен, – коротко доложила Рея, снимая окровавленную амуницию. – Поле снято. Потери… есть.

Но Роман почти не слышал их. Он лежал, глядя в одну точку, и перед его внутренним взором снова проплывали образы умирающей звезды, ледяного ветра, всепоглощающего страха. Он повернул голову, с трудом фокусируясь на Марке.

— Они…, – прошептал он, и в его голосе звучала отчаянная мольба быть понятым. – Они просто… хотят выжить.

Он пытался вложить в слова всю глубину пережитого откровения, весь ужас и жалость, разрывавшие его изнутри.

Марк слушал, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень чего-то сложного – не гнева, но суровой, безжалостной практичности.

— Сынок, – голос Марка прозвучал устало, но без колебаний. – Жалость к врагу – роскошь, которую мы не можем себе позволить. Они сожгли Тарн. Они убили тысячи. Может, их мир и умирает. – Он сделал паузу, глядя прямо в глаза Роману. – Но неважно, что они там чувствуют. Важно, что они делают. А они убивают нас.

Эти слова были правдой солдата, видавшего смерть товарищей.

Роман перевел взгляд на Алису. Она сидела рядом, держа его руку. В ее глазах он видел не осуждение, а глубокую печаль и понимание.

— Я понимаю тебя, Ром, – тихо сказала она. – Я чувствовала отголоски… этой пустоты. Их страха. – Она сжала его пальцы. – Но Марк прав в одном. Пока они стреляют, пока они пытаются уничтожить наш мир… мы должны защищаться. Мы не можем просто… позволить им это сделать.

И Роман понял, что застрял посередине. Он не мог принять безжалостную простоту солдатской логики Марка, но и не мог отрицать жестокую правду слов Алисы. Он видел обе стороны этой войны, и от этого осознания не было спасения. Он был проклят своим знанием, разорванный между состраданием к одним и долгом перед другими.

На следующий день в главном зале убежища состоялось общее собрание. Собрались все: лидеры ячеек, бойцы с уставшими глазами, техники с потёртыми планшетами.

Рея, стоя у стола, отчитывалась ровным, лишённым всяких эмоций голосом, будто зачитывала инвентарную опись:

— Основная цель достигнута. Генератор подавляющего поля в секторе «Дельта» уничтожен. Связь восстановлена. – Она сделала короткую, тяжёлую паузу, прежде чем перейти к следующему пункту. – Потери. Шесть человек убиты. Трое тяжелораненых, их состояние стабильно. Ещё пятеро получили лёгкие ранения.

— Вторичная цель, – продолжила Рея, – выполнена частично. Группе удалось получить физический доступ к локальному серверному узлу Рифтов. Было извлечено и доставлено одно запоминающее ядро. Его расшифровкой и анализом займётся наш технический отдел. Предварительных данных о содержании нет.

Она не назвала имя Романа, когда говорила о потерях. Но когда речь зашла о сервере, многие взгляды сами потянулись к дальнему углу зала, где он сидел, бледный и отстранённый, не глядя ни на кого. Все понимали, чьё именно вмешательство позволило не просто взорвать генератор, а добыть этот трофей. И какой ценой.

В наступившей тишине поднялся Аргон. Ему было около сорока пяти, но глубокие морщины у глаз и упрямый, жёсткий склад у рта делали его старше. Бывший начальник городских коммуникаций Тарна, а теперь – человек, отвечавший за все системы жизнеобеспечения убежища, он пользовался авторитетом, основанным не на возрасте, а на знании. Его усталый, проницательный взгляд медленно обвёл собравшихся.