Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 107 – Виолетта Вейл

Марта всхлипнула.

— Что это значит?

Рейнар выдохнул:

— Значит, престол её услышал… но лечебница признала первой.

Кайран опустился рядом с Веттой.

— Как мы её назовём?

Ветта посмотрела на дочь.

Столько имён ждало её: наследница, кровь, угроза, спасение.

Но первое имя должна была дать любовь.

— Лиара, — сказала она. — Лиара Вейл Морозная.

Кайран медленно поднял глаза.

В имени Вейл стояло первым.

Когда-то он мог бы воспринять это как вызов.

Теперь только склонил голову.

— Красивое имя.

— Она не будет только вашей наследницей.

— Нет, — сказал он. — Она будет собой.

Ветта смотрела на него, и сердце болело так, что боль почти стала светом.

Но покой длился недолго.

Снаружи раздался рёв Дарена.

Потом удар.

Потом крик.

Рейнар бросился к двери.

— Что ещё?

Дверь распахнулась, и в палату вбежал Пим, белый как полотно.

— Госпожа! Там… орден вернулся! И с ними… с ними княгиня Грета!

Кайран медленно поднялся.

На лице его не осталось ничего, кроме ледяной тишины.

Ветта прижала дочь к груди.

В коридоре зазвенели печати.

Лечебница, только что принявшая новую жизнь, готовилась снова защищать её.

А за окнами, среди снегов, мать ледяного дракона пришла к воротам дома, где родилась внучка, ради которой теперь мог загореться весь Север.

Кайран не сразу вышел к матери.

Он стоял посреди родовой палаты, между дверью и кроватью, где Ветта прижимала к груди новорождённую дочь. За стенами гудела лечебница, в коридорах кричали люди, где-то во дворе ревел Дарен, а над всем этим поднимался новый, острый звук — плач Лиары.

Первый плач их ребёнка.

Крошечный. Возмущённый. Живой.

Кайран обернулся.

Ветта сидела бледная, с влажными от пота волосами, едва держащаяся после родов, но взгляд её был ясным. Рядом Марта заворачивала Лиару в тёплую пелёнку, а Рейнар стоял у двери с таким лицом, будто готов был голыми руками удержать всю северную тьму.

— Идите, — сказала Ветта.

Кайран замер.

— Нет.

— Кайран.

— Ты только что родила.

— Именно поэтому я не могу выйти сама.

Он сжал челюсть.

Снаружи ударили в ворота. Лечебница ответила золотым звоном, но в нём Ветта услышала усталость. Дом держался из последних сил.

— Ваша мать пришла не говорить, — продолжила она. — Она пришла забрать власть над тем, что здесь родилось.

Кайран посмотрел на дочь.

И впервые Ветта увидела в его глазах не просто страх отца.

Ярость дракона.

— Она не приблизится.

— Тогда остановите её. Но не ради рода. Не ради престола. Ради Лиары.

Он подошёл к кровати и опустился перед ней на одно колено.

Не перед княгиней.

Не перед хозяйкой лечебницы.

Перед женщиной, которую когда-то сделал ненужной.

— Я вернусь, — сказал он.

Ветта посмотрела на него долго.

— Вернитесь живым.

Он кивнул.

И вышел.

Когда дверь закрылась, Марта резко выдохнула:

— Я всё ещё злюсь на него. Но сейчас пусть лучше он злится на всех остальных.

Рейнар подошёл к Ветте.

— Как вы?

— Не спрашивайте.

— Тогда скажу сам. Плохо.

— Спасибо за мягкость.

— Мягкость закончилась на родах. Теперь у нас осада, княгиня у ворот и младенец, которого хотят все древние мерзости Севера.

Лиара вдруг затихла.

Ветта опустила взгляд.

Дочь смотрела на неё широко раскрытыми серебристо-янтарными глазами. Невозможно осмысленно для новорождённой. Невозможно спокойно.