Книга Кровь Тала, страница 236 – Софья Шиманская

Его не пришлось приглашать дважды. Марк сорвался с места, прикрылся щитом и бросился в атаку.

Орхо увел первый тяжелый удар по лезвию сабли – и едва не лишился ноги. Острая кромка прямоугольного щита со скрежетом проскользила по костяным пластинам баски. Опасно. Орхо отступил на шаг. Пламя зашипело под кожей, прорываясь наружу, желая уберечь хозяина, но Орхо мягко сдержал его. Хороший бой. Умелый противник. Отказываться глупо. К тому же невежливо заканчивать все так быстро.

Пригнувшись, Орхо сделал несколько размашистых движений саблей. Раскаленное лезвие оставляло в воздухе светящиеся полосы, и Марк ловил каждый выпад на щит, щурясь от жара. Поймав момент, Орхо резко шагнул вбок и перекинул саблю в левую руку. Подшаг – удар. Он чиркнул по земле носком, заставляя Марка отступить. Тот сделал шаг назад – и наткнулся спиной на выбитый шип. Камень с треском раскололся, ударившись о броню. Марк метнул на Орхо полный ненависти взгляд. На его шее остался длинный порез с обожженными краями.

— Не стоило ожидать от псины честного боя, – прорычал он и обрушил на Орхо град мощных и техничных ударов. В каждую атаку он вкладывал вес всего тела. Теснил Орхо щитом, вынуждая отступать. Орхо ушел в оборону, пропуская выпады. Один из осколков наплечника едва не вонзился ему в шею. Броня затрещала под натиском. Костяные пластины, истонченные жаром, начали крошиться. Орхо резко присел и ударил кулаком в землю. Гранитный пласт вылетел вверх, врезаясь Марку в голень.

— Срежь защитное тавро, – выдохнул он и выбил из земли еще несколько острых шипов, которые тут же раскололись, врезавшись в кожу Марка. – Тогда и поговорим о чести.

— Мне не о чем говорить с тобой.

Марк отбросил щит. Печать вспыхнула в его пальцах – и в ту же секунду тело Орхо скрутило острой, рвущей болью, будто внутренности намотало на жернова мельницы. В глазах потемнело. Пламя прорвалось сквозь кожу. Броня лопнула и разлетелась обломками. Орхо вскинул руку – и одним движением выжег кисть Марка вместе с орнаментом печати.

Марк заорал от боли и отшатнулся, покачиваясь. Обугленные остатки пальцев обнажились до кости. Его лицо исказила судорога, но вместо того, чтобы отступить, Марк с рычанием бросился на Орхо снова.

Он двигался исступленно и яростно, как будто не чувствовал тела, отдав его на волю рефлексов. Шел теснящим напором, давил массой, изматывал, заставлял Орхо уходить от связок и ловить удары на излете траектории. Пропустить хоть один было бы достаточно. Меч Марка с размаху разрубит его до пояса. Доспеха на Орхо почти не осталось. Он крошился и осыпался при каждом движении. Вокруг стоял лязг и грохот. Свет печатей и пламени слепил глаза, воздух был насыщен копотью и железом, расплавленным жиром и мясом. Поле боя будто дышало в судорогах. И нукеры Тала, и эдесские легионеры словно инстинктивно расчистили небольшое пространство посреди бойни, но Орхо и Марк то и дело врезались в их тела плечами и спинами. Вопли, вспышки, удары отвлекали.

Подняв пласт земли, Орхо использовал его как щит и сосредоточился на вибрации, которую ощущал ногами. Марк хромал – незаметно для глаза, но земля не позволяла ошибиться. Орхо чувствовал, куда он переносит вес. Предугадать атаку, блокировать – и нанести удар. Одним шагом скользнув Марку за спину, Орхо сменил руку и рубанул саблей по его бедру.