Книга Дыхание дракона, страница 102 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Джун начал обо всем догадываться, после того как узнал о ранении Человека-невидимки. Но, услышав столь откровенное признание из уст девушки, почувствовал себя задетым.

— Лишнее доказательство того, что я дурак, – с обидой проговорил юноша, – как, впрочем, ты и предполагала с самого начала.

— Я этого не говорила, – стала оправдываться Рен.

— Мой отец всегда знал, что я не гожусь на роль Хранителя. – У Джуна даже в голове застучало. Провалиться бы сейчас сквозь землю! – А теперь он умер из-за меня, и ни разу в жизни ему не привелось гордиться мной. Ни разу!

В ответ Рен промолвила:

— Твой отец любил тебя. И чтобы гордиться тобой, ему не требовалось видеть тебя Хранителем.

Джун отвернулся, чтобы скрыть от девушки слезы. «Искусный я боец или нет, я не заслуживаю звания Хранителя. Разве можно доверить мне охрану Свитка Небес и наставничество, если я не в состоянии позаботиться о собственном отце? В оправдание своего непослушания я обещал загладить вину в десятикратном размере, позже – когда стану Хранителем. Но отцу не нужен был еще один сын с великой судьбой; он нуждался в сыне, который просто будет рядом».

Грустные размышления прервала Рен, напомнив, что пора освободить комнату:

— Давай вернемся к нам в «Золотые ворота». Тебе нужно выспаться и собрать вещи перед отъездом.

В знак сострадания или, возможно, из чувства вины за то, какой ценой ей достался выигрыш, доктор Лим приказала своему кучеру доставить Джуна туда, куда он скажет.

Солнце уже опустилось за городские стены, когда они тронулись в сторону гостиницы. Чтобы отвлечься, Джун спросил, где находится Инь Юэ.

— После боя он отправился на поиски почты, – ответила Рен. – Хотел отправить послание своему мастеру в школу «Стальной стержень» и рассказать обо всем случившемся на турнире, на случай если… – на секунду она запнулась, – …если завтра дела пойдут не очень хорошо.

Завтра. Последний день турнира. К тому времени как вновь сядет солнце, будет назван новый Хранитель. Джун почувствовал прилив сожаления. Для всех было бы лучше, если бы Босс Хсю перерезал ему горло. По крайней мере, тогда было бы три финалиста, способных выступить против Леопарда, а не два.

— Леопард не победит. Инь Юэ – лучший боец юга, – без тени сомнения заверил Джун девушку. – А за плечами Человека-невидимки тренировки с сифу. Под маской ведь скрывается не один человек?

Боец в маске вернулся на арену совершенно здоровым, став к тому же выше ростом.

— Человеком-невидимкой может быть кто угодно?

— Да, под одним именем выступают несколько бойцов, – подтвердила его предположение Рен. – Технически это не противоречит правилам турнира, потому что никому такое не приходило в голову. Все, кто когда-либо боролся за звание Хранителя, делали это ради себя, своей школы и семьи. А Человек-невидимка борется за идею. Никто не знает его лица, и любой из учеников Чанга может занять его место. Если он победит, то не предаст идеалов Общества безмолвной флейты.

— Как предал Хранитель Яма… Он ведь тоже был одним из учеников сифу?

«Слишком большую ставку я когда-то сделал», – вспомнились Джуну слова флейтиста накануне вечером.

Рен кивнула, на ее лице появилось грустное выражение.

— Помню, как я маленькой наблюдала за их тренировками. Яму завербовало и всему обучило Общество, но, став Хранителем, он ничего не сделал для продвижения наших идей. Запершись в своей резиденции, он все время проводил за изучением Свитка и пальцем о палец не ударил, чтобы остановить генерала Кобу.