Книга Янтарное лето, страница 203 – Мидзуки Цудзимура

Хисано показала ей обложку. Девушка на ней тоже выглядела непристойно.

— Это я отыскала в шкафчике твоего любимого Мидзуно-сэнсэя.

Голос Хисано эхом отдавался в ушах, будто бы звучал откуда-то издалека. Она захохотала.

— Даже этот старикан любит поразглядывать такое. Надо же – директор, а помешан на грязных журналах! Разве это не странно? Интересно, что они нам скажут, если спросить у них на «Вопросах и ответах»? Давай прихватим это и покажем остальным. Вот они посмеются…

— Перестань! – закричала Мика.

Голос ее стал пронзительным.

Хисано замолчала, как будто даже испугавшись. Мика и сама от себя такого не ожидала. Что может вот так на кого-то прикрикнуть. Этот неслыханный доселе вопль словно спал где-то в глубине горла.

Нет, нет, не хочу.

Теперь он звенел у нее в голове. Она вцепилась Хисано в шею и потащила за собой. Купюры вывалились из ее ладони. Эй, Мика, погоди, Мика, послушай…

Они начали толкаться, и Мика потянула Хисано за волосы. Мика сама не знала, откуда в ней вдруг взялась такая сила. Она чувствовала, как отрываются отдельные волоски – фу, ну и гадость! Мика принялась трясти ее за голову.

— Ты это о чем? Чего ты не хочешь? Я не понимаю! – взревела Хисано.

Мика и сама не заметила, как произнесла это вслух. Она и сама не знала. Не знала, чего не хочет, не понимала, почему вообще сцепилась с Хисано.

Сейчас, став взрослой, она осознала.

Осознала, что крепко тогда разозлилась.

Она впервые увидела такой журнал. Ее поразило, насколько натуралистично там все выглядело. Глаза горели, ей было страшно неловко. Неужели учителя, с которыми они общались каждый день, разглядывали подобное? Секс, казавшийся ей чем-то абстрактным и таким далеким, на самом деле происходил здесь, совсем рядом, и взрослые этим занимались. Ее это просто шокировало.

И все же сердце переполнял, прежде всего, гнев по отношению к Хисано, а не разочарование во взрослых.

Да, пусть она тогда не смогла бы этого сформулировать и вряд ли вообще до конца понимала, но Мика, на самом деле, была в стократ более трезвомыслящей и зрелой, чем развитая не по годам Хисано.

Поэтому-то Мика и была твердо уверена, что та нарушила правила.

Взрослые вполне могли рассматривать эти мерзкие журналы. И даже заниматься сексом. Но то, что натворила Хисано, несло угрозу человеческому достоинству. Мика понимала это инстинктивно, хоть и не могла облечь в слова. Будь это взрослый или ребенок, у каждого есть секреты. А влезать в них или, что еще хуже, выставлять на посмешище перед другими, и вовсе непростительно.

В «Школе будущего» на «Вопросах и ответах» дети упражнялись в том, чтобы размышлять над проблемами, придавая словам первостепенное значение. Поэтому-то она все и поняла. Хисано может сколько угодно хохотать над ней и называть все это «красивыми словечками», но они в этом выросли. И теперь Мике все ясно. Ясно как день, хоть все так и запуталось.

Отчасти ей, конечно, хотелось бы развенчать этот идеальный образ учителей.

«Не настолько достойные» – эти слова, произнесенные Хисано, казалось, пронзили сердце насквозь. В животе ворочалась тупая, тяжелая боль.

Мику разом захлестнули самые разные чувства. Кто же здесь прав, а кто виноват? Даже «Вопросы и ответы» ей вряд ли бы помогли, а уж там-то всегда находят правильное решение. Такие вещи они никогда не обсуждали.