Книга Ночь в замке, страница 53 – Вероника Генри

Пирс взглянул на смету и скривился.

— Боюсь, отремонтировать нашу собственную квартиру мы сможем позволить себе еще не скоро. Все лучшее гостям.

Они собирались занять одну из башенок: там была маленькая личная гостиная, спальня и ванная.

— Ничего страшного. Переживем как-нибудь.

— Ну вот, ты останешься здесь в разрухе, а я поеду обратно в Лондон.

Она подмигнула ему:

— Придется тебе придумать какой-нибудь способ мне это компенсировать.

Пирс слегка вздрогнул, потом улыбнулся:

— Я куплю тебе «КитКат».

Лизмей ничего не ответила. Она имела в виду нечто другое, и он это знал.

На чердаке они нашли детскую кроватку. Прекрасную кованую детскую кроватку с медными шариками на конце каждого столбика. В такую не стыдно было положить королевского отпрыска. Они застыли на пороге, глядя на нее.

Пирс сглотнул.

— Думаю, если ее продать, можно выручить неплохие деньги.

Лизмей покачала головой:

— Надо привести ее в порядок. Мы можем сделать на заказ матрасик и использовать для приезжающих детей.

— Для приезжающих детей? – переспросил он таким тоном, как будто она сказала «для приезжающих слонов».

— К нам же можно будет приезжать с детьми, да?

— Не знаю. Думаешь, люди, приезжающие отдохнуть в шато, захотят взять с собой детей?

— А почему нет?

— Не думаю, что это хорошая идея. Они могут мешать другим гостям…

Пирс не закончил предложение, понимая, что говорит что-то не то.

— Значит, это конец? – не выдержала Лизмей. – Теперь в нашей жизни не будет вообще никаких детей? Мы с тобой превратимся в барона и баронессу из «Пиф-паф-ой-ой-ой»?^[41] – Лизмей карикатурно всплеснула руками. – «Фу! Дети! Уберите их!»

— Нет-нет… я вовсе не это хотел сказать. Дело не в этом. Просто… о господи. – Пирс с несчастным видом сгорбился. – Прости. Разумеется, пусть те, кто хочет, приезжают с детьми.

Лизмей закрыла лицо руками:

— Нет, это ты меня прости. Просто у меня такое чувство, как будто…

Как будто что? Лизмей не хотела произносить это вслух. Но она чувствовала себя отвергнутой. Как будто Пирс держал ее на расстоянии. Он вел себя так, словно они с ним деловые партнеры, а не муж и жена. Не то чтобы он не был к ней добр или говорил неласково. Просто из их отношений что-то ушло, и она не понимала, как объяснить это. Она боялась его расстроить, потому что догадывалась, почему он так себя ведет.

С той ужасной пятницы он избегал близости с ней.

Ей нужно набраться терпения. Рано или поздно все уладится. Все еще слишком свежо. Ему нужно время, чтобы смириться. И она со своими истериками – разрешать привозить детей в шато или нет – только делает ситуацию еще хуже. И вообще, им не обязательно решать это прямо сейчас.

— Прости, – сказала она. – Я говорю глупости. Я что-то устала. Дорога была очень долгая, а я ко всему еще и ночью плохо спала.

Лицо Пирса смягчилось.

— Сегодня мы с тобой будем спать в нормальной человеческой постели.

Вот в постели-то она и чувствовала одиночество острее всего. Но сейчас было не время обсуждать этот вопрос.

— Угу. Давай-ка спустимся и посмотрим, как там Ив.

В кухне горели все конфорки, внутренности плиты были возвращены на место, вдобавок Ив еще и натер ее до блеска.

— Просто красавица, – произнес он, восхищенно гладя плиту по черному эмалированному боку.

— Это правда, – согласилась Лизмей. – И большое вам спасибо.