Книга Девятый легион: туман мертвых богов, страница 10 – Баграт Мгелия

Ацер, лежавший в тени под столом, приподнял голову. Пес узнал Кая, но проводил его подозрительным взглядом желтых глаз, прежде чем снова положить морду на лапы. Кай невольно покосился на зверя, стараясь не делать резких движений.

— Весь штаб гудит. Фабий утверждает, что ты сошел с ума. Он говорит Легату, что засады не было, что ты просто испугался теней и решил сжечь улики своего провала.

— Фабий — скользкий ублюдок, Кай. Он метит на моё место с тех пор, как мы высадились в Британии. Его амбиции родились вперед него. Должность старшего декуриона Фабия не устраивает.

Север наконец поднял взгляд, и в тусклом свете его «дар» на мгновение окрасил безупречно чистый доспех трибуна в серые тона грядущей бури.

— Садись. Вина не предложу, оно из той же партии, что мы отправили в «Окулус». На вкус — как моча британского пикта.

Кай едва заметно поморщился, но присел на край тяжелого табурета, бережно поправив складки своего дорогого плаща. Ацер из-под стола шумно и протяжно выдохнул, обдав ноги юноши горячим воздухом, пахнущим старым железом и сыростью. Кай вздрогнул, но постарался сохранить лицо.

На фоне сурового, иссеченного шрамами Севера он казался хрупким обломком цивилизации, который по недоразумению занесло в этот край дождей и теней.

— Дело не только в нем. Легат Квинт Цереал в отчаянии. Император Адриан требует, чтобы север острова был усмирен немедленно. Рим не может больше тратить деньги на бессмысленные войны и покорение дикарей. Срок строительства Стены приближается. Если Цереал не принесет Императору голову Калгака или другого вождя северян, его карьера закончится в этой сырой дыре. Ему нужен триумф, Марк, понимаешь? Грандиозный марш к Монс Граупиус. Иначе наш дражайший легат останется здесь вечно наблюдать за стройкой. И никакого места в сенате.

Ацер вдруг напрягся, его уши дернулись в сторону двери, а по телу прошла мелкая дрожь. Север заметил это и положил ладонь на затылок пса, успокаивая его. Зверь чувствовал волнение Кая и растущую тревогу в самом лагере.

— Монс Граупиус? — Север горько усмехнулся. — Сорок лет назад Агрикола победил там, но Каледония так и не стала римской. Цереал хочет повторить подвиг Агриколы в тумане, который пожирает людей? Это самоубийство.

— Он не верит в твой туман. Он верит в пять тысяч стальных мечей. И он уберет любого, кто встанет на пути его мечты о Сенате. Будь осторожен, Примипил. Ты для него сейчас — обуза.

Север напряженно кивнул и промолчал.

— Марк, расскажи что ты видел в форте «Окулус», — попросил Кай. — Фабий разносит слухи, солдаты шепчутся что на нас напали призраки, что сама земля мечтает нас сожрать и что на нас падет страшное проклятье.

— Почему я должен тебе верить? — Поднял бровь Север. — Ты хочешь услышать очередную байку из уст обезумевшего старика?

Кай покачал головой.

— Нет. Легат требует идти на север, но там нет дорог. Наши телеги завязнут в первом же болоте. Шанс того, что мы дойдем без, так скажем, сложностей, уменьшается но Цереал ничего не желает слушать. Если помимо прочего мы столкнемся еще с чем-то неведомым, я хотел бы знать, как можно подготовиться.

Какое-то время Север смотрел на него с недоверием. А затем начал рассказ. Кай слушал его не перебивая. Лишь в конце напряженно кивнул.