Книга Серебряный змей в корнях сосны 3, страница 69 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Ты слышал истории о том, как люди спускались в Ёми? – спросил Кента.

— Что спускались, слышал. Что выживали – нет.

— Если и записка с названием деревни, и подсказка от Кинтаро лишь способ заманить нас сюда, то едва ли для того, чтобы убить. Не проще ли сделать это еще на подходе?

— Разумно говоришь. Но ты не учел кое-чего. Того, что было до обнаружения записки.

Кента отвернулся. Как бы он ни старался не думать об этом, холодная, скользкая как рыбина, мысль возникала в голове то и дело, стоило им узнать о пропаже Томоё.

— Пока не найду отца, он жив.

Хизаши тихо вздохнул и махнул рукой вперед.

— Смотри, скоро лестница закончится. Мои колени больше не выдержат.

— Твои колени выдерживали и большее, – усмехнулся Кента. Однако спуск и правда подходил к концу. Синий огонь остался за спиной, в нем отпала нужда, ведь внизу был свет, похожий на свет пасмурного осеннего дня. Кента оглянулся – ступени уходили в темноту, пока не исчезли совсем. Пути назад не осталось.

Перед ними же раскинулся берег спокойной реки, воды ее имели необычный желтый оттенок, склоны по обе стороны покрывала жухлая скудная растительность. Казалось, ей было сложно вырваться из земли без солнечного света, и она давно отчаялась. Слабый ветерок – ни теплый, ни холодный – едва касался кожи.

— Это и есть царство демонов? – спросил Кента. Он и сам не знал, чего ожидал, но открывшийся вид был слишком мирным, пусть и унылым.

— Должно быть так, – ответил Хизаши. – Смотри, эта река похожа на ту, что описывают в Чжунго как реку, текущую в подземный мир мертвых.

— Но мы не в Чжунго.

— Мир людей разорван на части, – пожал плечами Хизаши, – но кто сказал, что мир мертвых должен быть таким же?

Он кивнул на реку. Кента проследил направление и увидел на ее поверхности крохотную точку.

— Ты говоришь загадками, – посетовал Кента. – Может, ты знаешь, что означает этот плот?

Хизаши прищурился, а точка меж тем и впрямь превратилась в плот, и стало видно человека, лежащего на нем без движения. Желтые воды несли его мимо медленно, но неотвратимо. И наконец Кента узнал Томоё. Мальчишка будто крепко спал, а может…

— Куда ты? – встревожился Мацумото.

Кента стянул окровавленное хаори и подошел к краю.

— Надо вытащить мальчика.

— Сдурел? Это река подземного царства, а ты надумал нырять? – вспыхнул Хизаши.

Плот, поравнявшись с ними, начал плавно закручиваться в водовороте, и Кента не стал медлить. Прыгнул с обрыва, и река разомкнулась, принимая его.

В мутной желтой глубине мигом отказали все чувства. Ничего не видно, ничего не слышно. Кента не понимал, где верх, а где низ. Пытался всплыть, но сколько бы ни греб, будто лишь приближался ко дну.

«Просто постарайся сохранять спокойствие, и тогда твое дыхание придет в гармонию».

Кента перестал барахтаться и позволил себе полную неподвижность. Внутренняя ки засияла в теле, и страх испарился. Кента напряг мышцы и в пару мощных гребков вытолкнул себя на поверхность прямо возле связанных между собой бамбуковых стволов. Томоё соскользнул уже наполовину. Водоворот утягивал Кенту вглубь, но он еще мог бороться. Схватил мальчишку за плечи и стащил в воду. Живой! Кента махнул рукой, давая Хизаши знать, что с ними все в порядке, и поплыл к берегу.

Томоё был невероятно бледен, почти до синевы. Без вечной дерзкой маски, делавшей его юное лицо больше смешным, чем взрослым, он казался совсем другим: разгладились насупленные складки на лбу, расслабились упрямо поджатые губы, еще по-детски припухлые. Хизаши смотрел со стороны, как Кента пытается привести мальчишку в чувства.