Книга Серебряный змей в корнях сосны 3, страница 67 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Дело не в нем одном.

— Если кто-то спустился сюда и находился какое-то время…

— Я знаю. Его внутренности расплавятся, а кожа покроется язвами.

— Ки застопорится и меридианы, по которым она течет, разорвутся навсегда. Это верная смерть для оммёдзи.

Кента упрямо вздернул подбородок. Знал, что Хизаши лишь хочет убедиться в его решительности, предупредить обо всей возможной опасности. Так он проявлял заботу, и Кенте было приятно. Но это уже ничего не изменит.

— Чем дольше стоим на месте, тем скорее с нами случится все перечисленное, – сказал он и пошел вперед. Мацумото громко вздохнул и раскрыл веер. Мерные взмахи духовного артефакта разгоняли темную энергию, позволяя делать короткие вдохи без страха умереть на месте.

Так и шли плечом к плечу, пока не увидели в противоположном склоне дыру. Врата в царство демонов выглядели как вырытая зверем яма, даже камнями не выложена, но зато из нее клубами валил грязно желтый туман и расползался по сторонам длинными подвижными усиками. Они извивались, ощупывали землю перед собой в поисках неосторожной жертвы. На яму падала глубокая тень, и где-то в недрах мелькали зеленые и красные огни.

— Ужас, – пробормотал Хизаши, прикрывая рот и нос рукавом. Кисть с веером заработала усерднее, но в такой близости от ямы он уже мало помогал. Кента потянулся к четкам и едва их коснулся, как дышать стало легче.

— Не могу поверить. Это и вправду врата в Ёми.

— Они не такая уж редкость, если подумать, – ответил Хизаши. – Демоны же как-то попадают в мир людей.

Стоять так и дальше было глупо. Кента, чуть помедлив, шагнул вперед. Щупальца тумана жадно поглотили его сначала по пояс, а потом и целиком. Одной рукой прижимая ворот хаори к лицу, а другую – с ножнами, выставив перед собой, он медленно и осторожно ступал все дальше во мрак. Хизаши не отставал. С товарищем за спиной было не так страшно, Кента не заметил, когда хмурое небо сменилось земляным сводом, а под ногами что-то захрустело. Туман осел, облизывая теперь лишь ступни да изредка липко касаясь щиколоток. Кента рискнул вдохнуть и получил тычок между лопаток.

— Не дури, – бросил Хизаши раздраженно. – То, что тумана не видно, не значит, что скверна вдруг вся испарилась.

— Но я не могу столько совсем не дышать.

— Совсем не дышать не могу даже я. Просто постарайся сохранять спокойствие, и тогда твое дыхание придет в гармонию.

Находясь на пороге Ёми, было сложновато следовать этим советам, подумал Кента, но честно постарался поймать то состояние, что предшествует погружению в медитацию. Он почувствовал, как ки в теле благодарно замедляет бег, сердцебиение восстанавливается, и грудь больше не сдавливает железным обручем.

— Так-то лучше, – похвалил Хизаши и, прищурившись, посмотрел вдаль. Кента почти ничего не видел, но догадывался, что глаза Мацумото иные, и теперь надежда только на них. Признаться, ринувшись с места, он не подумал об освещении.

— Тут что-то валяется. – Хизаши подошел к стене и наклонился. Чиркнуло камнем о камень, раз, другой, третий – вспыхнуло пламя, и факел осветил путь.

Тоннель будто выгрызали в земле зубами огромного чудища, потолок почти касался макушки Хизаши. Кента опустил взгляд и ахнул – тем, что хрустело под ногами, были разбросанные тут и там пожелтевшие человеческие кости.