Книга Завет Влюбленных, страница 90 – Софья Хейдекраут

— Что тебе нужно? — закричала она, пытаясь высвободиться. — Пусти!

— Может, мне просто нужна сестра? — прошептал он с томлением в голосе. — Особенно такая… — Он окинул её взглядом, в котором смешались восхищение и презрение. — У сестрёнки появились зубки. Пока только молочные, но это временно.

Услышав это, Иветт растерялась, словно её окатили ледяной водой.

— Ты не знаешь, что такое семья, — произнесла она наконец. — И не знаешь, как вести себя с сестрой. Если бы она у тебя была…

— Она у меня есть, — тихо перебил он. — Я дал тебе шанс убедиться, что я поступаю правильно. И ты дашь мне шанс.

Она сжала зубы, сдерживая гнев.

— С чего ты взял, что я дам тебе шанс?

Он расхохотался. Смех, лишённый тепла, прозвучал как злая насмешка.

— Потому что ты — моя сестра, — произнёс он с болезненной торжественностью.

— Мы с тобой ни капли не похожи, — выплюнула Иветт, но тут же заметила, как на лице Иварта расцветает самодовольная улыбка. Она прикусила язык, но было уже поздно.

— Мы похожи больше, чем ты думаешь, — прошептал он, будто раскрывая давно забытый секрет. Наконец он выпустил её и машинально заправил непослушный локон ей за ухо, обжигая кожу прикосновением. — Ты не знала? Твои родные родители — ветви моего генеалогического древа. Кровь от крови, плоть от плоти.

— Врёшь, — выдохнула она.

— Зачем мне врать? — Он насмешливо приподнял бровь. — Если будешь хорошо себя вести, я покажу тебе их, раскрою тайны, которые ты даже не смеешь вообразить.

Она опустила взгляд в холодную бездну мраморного пола. Когда же снова подняла голову, увидела выгравированную на стене латинскую фразу: «Flectere si nequeo superos, Acheronta movebo».

— Что это значит? — прошептала она, кивнув на стену.

— «Если небесных богов не склоню, я ад всколыхну». Наш семейный девиз, передаваемый из поколения в поколение.

— Вы психи, — прошептала Иветт, чувствуя, как в сердце поднимается ледяная ярость.

В тёмных глазах Иварта вспыхнул недобрый огонь.

— Или борцы за свободу. Историю всегда пишут победители, сестра.

— И ты собираешься вписать в неё свою главу? Переписать кровью?

Он растянул губы в зловещей ухмылке:

— А разве есть другой путь?

* * *

Голова монстра — пасть, полная игл и ядовитых клыков, — бросилась на Иветт, но в тот же миг на шею твари обрушился клинок из чёрного, как бездна, гематита.

Отрубленная голова с глухим стуком упала на каменный пол, орошая всё вокруг фонтаном зловонной крови и едкого яда. Иветт перекатилась в сторону, но несколько капель всё же обожгли грудь, будто прикосновение раскалённого железа. Превозмогая боль, она попыталась встать.

Внезапно перед ней появилась чья-то рука. «Кьеран…» — пронеслось в голове, но, подняв глаза, она с удивлением увидела Иварта.

— Пошли, — коротко бросил он, — пока сюда не слетелись все эти твари.

Сам Иварт был перепачкан зеленовато-чёрной слизью, разъедающей одежду. Краем глаза Иветт заметила, как за его спиной к прыжку готовится ещё одно чудовище — демон Нитадор, которого она прежде видела лишь на страницах древних книг. Не раздумывая, она схватила брата за плечо и с силой оттолкнула в сторону. Демон промахнулся. В один миг Иветт выхватила из ножен кинжал, резко развернулась и вонзила клинок в отвратительное тело, уворачиваясь от щёлкающих челюстей. Монстр уже не шипел, а хрипел, захлёбываясь кровью, и она, не колеблясь, распорола его чешуйчатое брюхо, выпуская наружу клубы ядовитого дыма. Горячая струя крови окатила руку, и она закричала от боли и отвращения, но не выпустила кинжал, продолжая терзать плоть твари, пока та не исчезла, оставив лишь запах серы и смерти.