Книга Завет Влюбленных, страница 79 – Софья Хейдекраут

Девушка, захлёбываясь, судорожно закашляла. Горькая жидкость обожгла горло. Сознание начало меркнуть, мир расплылся, превращаясь в бесформенное пятно. Тело, потеряв опору, рухнуло на пол, погружаясь в беспросветную пучину тьмы.

Смерть Верховной Элеанор потрясла правящий Совет. Власть временно перешла к Арвену, дяде Кьерана. В кабинете покойной, где мерцали свечи, отбрасывая зловещие тени на лица пяти старейшин, раздавался гул голосов. Арвен, бледный и взволнованный, пытался перекричать перешёптывания и споры, чувствуя, как тяжесть власти давит на его плечи.

Широкие двери зала с тихим скрипом отворились, пропуская Кьерана и Меланту. В полумраке, освещённом лишь мерцанием факелов, стоял длинный дубовый стол, за которым восседали старейшины. В конце стола возвышалась фигура Арвена; его лицо, как всегда, было исполнено сдержанной силы. В его глазах Кир уловил проблеск сочувствия, но и стальную решимость. Воздух был наэлектризован ожиданием. Все взгляды устремились на Кьерана, оценивая его готовность к предстоящей битве. Арвен кивнул, приглашая занять свои места.

— Кьеран, — произнёс он, нарушая гнетущую тишину. Его голос, обычно мягкий и доброжелательный, сейчас звучал твёрдо и весомо, словно молот по наковальне. — Я прекрасно понимаю, что ты и твои друзья жаждете как можно скорее проникнуть в поместье Иварта и освободить Иветт. Однако уверяю тебя, это равносильно смертному приговору.

Кьеран, с трудом сдерживая рвущиеся наружу эмоции, прикусил губу, сжимая кулаки под столом. Ярость, страх, отчаяние — все эти чувства бурлили внутри, грозя затопить разум. Но он старался сохранять концентрацию, понимая, что сейчас нужно слушать, обдумывать и бороться, а не поддаваться слепым эмоциям.

— У нас есть план, — продолжил Арвен, обводя взглядом собравшихся. В его взгляде читались надежда, смешанная с тревогой. — Мы смогли выйти на контакт с высшими силами, с самими богами. Они пообещали посетить нас на этой неделе, чтобы направить и дать совет, как поступить дальше. До этого момента, Кир, мы должны ждать.

— Чего ждать? — ярость, сдерживаемая с огромным трудом, прорвалась наружу, и голос Кьерана прозвучал резко, словно выстрел. — Пока этот безумный психопат превратит её жизнь в ад, пока он сломает её, пока с ней что-то случится?

— Нет, Кьеран, — спокойно возразил Арвен, стараясь сбить накал его ярости. — Вспомни, что вас связывает. Ваша метка. Постарайся установить с ней контакт, почувствовать её, поддержать. Иварт сделает всё возможное, чтобы сломить её волю, переманить на свою сторону. Это очевидно, он не остановится ни перед чем.

Кьеран закрыл глаза и кончиками пальцев коснулся имени Иветт на своём запястье. В этот миг он мог поклясться, что почувствовал тонкий, едва уловимый аромат лаванды — до боли знакомый и родной. В сердце что-то щёлкнуло, словно сжатая пружина, готовая распрямиться. В сгущающейся тьме отчаяния забрезжил слабый, но такой долгожданный проблеск надежды.

Иветт стояла перед огромным зеркалом, словно безвольная кукла, позволяя служанкам облачать себя в роскошное, но тяжёлое платье. Её взгляд, пустой и отрешённый, уходил куда-то за окно, за пределы мрачных стен. Она не видела своего отражения, не чувствовала прикосновения шёлка и кружев, не замечала суетливых служанок, кружащих вокруг, точно мотыльки. Туго затянутый корсет сдавливал рёбра, не позволяя вдохнуть полной грудью. Иветт ощущала, как воздух покидает лёгкие, как мир вокруг начинает плыть, но даже это физическое недомогание не могло отвлечь от пустоты, заполнившей всю её сущность. Она стояла неподвижно, словно восковая фигура, позволяя превратить себя в красивую, но бездушную оболочку, в игрушку в чужих руках. В окне далеко на горизонте виднелась полоска леса — напоминание о свободе, о жизни, о мире, который она потеряла.