Книга Развод. Я ошибся, любимая, страница 18 – Светлана Синицына

— Почему?

— Проспала.

— Почему?

— Меня тётя Таня не разбудила и… — глаза Кристинки наполняются слезами. — Дядя Дима, я не виновата! Я пригласила гостей, мы немного посидели и легли. А тётя Таня ворвалась, как бешеная, наорала, прогнала всех. Мне перед друзьями стыдно! — рыдает. — А ещё тётя Таня… ударила меня!

Стискиваю зубы.

Это уже ни в какие ворота. Таня… она совсем с катушек слетела. Так поступать с бедной сиротой.

Нет, с ней пока заканчивать.

Поэтому отправляю Аллу с Кристинкой прошвырнуться по магазинам, а сам дожидаюсь жену.

Я хочу знать, за что она меня так ненавидит?

Татьяна

— Таня, зачем ты избила Кристину?

Дима спрашивает, а у меня внутри… нет, не всё обрывается. Рваться больше нечему. Всё в клочья.

Зато поднимает голову ярость. Обжигающая, как лава. Я терпеливая, это да. Но и у меня есть границы. И я, чёрт побери, не позволю голословно меня обвинять!

— Избила? — качаю головой. — Одна пощёчина — это избиение? Или Кристина наябедничала, что я пинала её ногами?

— Тань, — хмурится Дима. — Она такого не говорила. Просто сказала, что ты избила её. И хотела выгнать её друзей…

— И снова — ложь, — складываю руки на груди. — Когда я вернулась домой, было почти два часа ночи.

— Почему? — в глазах Димы мелькает удивление. — Ты так долго добиралась до дома…

— Я пробила колесо, — отрезаю. — На трассе. Запаски не было.

Меня осеняет. Словно током ударяет. Я всегда вожу с собой запаску и не могла её выложить. Значит, её взял…

— Это ты? — смотрю в глаза мужу. — Ты забрал мою запаску?

— Тань, — морщится. — Мне было нужно. Для Аллы.

— Вот как, — усмехаюсь. — А про меня ты подумал?

— Знаешь, — вздыхает. — Ты сама создала такую ситуацию. Сорвалась в непогоду, уехала на ночь глядя. Вот зачем нужно было устраивать сцену?

— А ты думал, я буду спокойно распивать чай с Аллой и со стола убирать? — приподнимаю бровь.

— Да! — восклицает. — Да, думал! Потому что мы все — цивилизованные люди. Взрослые. Адекватные. Мы должны были просто сесть и поговорить. Всё решить.

— Что решить, Дим? — спрашиваю негромко, но чётко. — Конкретно. По пунктам. Как ты видишь будущее? Расскажи, мне очень интересно.

Не вру.

Мне, правда, любопытно, какую картину нарисовал в своей голове мой муж.

Не мой.

Дима — не мой муж. И судя по всему никогда им по-настоящему не был. Я была запасным аэродромом. Пересадочной станцией. Сухим пайком, которым можно перебиться в ожидании вкусного обеда.

— Я люблю Аллы, — произносит Дима, наконец. — Я с тобой разведусь. Женюсь на ней. Надо успеть, пока живот не вырос. С двойней это происходит быстрее, сама знаешь.

О да. Я знаю.

— Поэтому я прошу тебя, Тань, в течение недели освободить дом. А потом мы выберем день и сходим в ЗАГС…

— Так, стоп, — поднимаю ладонь. — О чём ты? Какой ЗАГС?

— Самый обыкновенный, — пожимает плечами. — Быстро разведёмся. У нас ведь нет детей. И споров по имуществу — тоже.

— Нет споров по имуществу? — повторяю. — Точно? Мы не составляли брачный контракт. А по закону всё совместно нажитое делится через суд.

— Тань, — Дима пристально смотрит на меня. — Боже мой, о чём ты? Я думал, мы с тобой по-человечески всё решим. Без судов, адвокатов и делёжки.

— Вот как? — усмехаюсь. — И что ты предлагаешь?

— Ты прекрасно знаешь, что у меня скоро будет пополнение, — отзывается. — Двое детей. Дочки. Им нужны отдельные комнаты. Свежий воздух. Сама понимаешь. К тому же дом стоит на участке, который мне достался от отца. Земля — моя. Добрачная.