Книга Брабантский мастер Иероним Босх, страница 95 – Дмитрий Овсянников

Йерун молчал – он не ожидал, что разговор пойдет о государях и их распрях. Все это действительно происходило не здесь, и люди не получали новостей о политических событиях напрямую. Молодой человек удивился тому, насколько сведущ его дядя.

— Прежде всего, я говорю о том, – продолжил мастер Ян, – что мы, художники, – люди мастеровые. Мы не государи, не рыцари и даже не ландскнехты. То, что мы можем делать по-настоящему искусно и с пользой – это заниматься тем ремеслом, которому нас обучали с детства. И позаботиться о тех людях, за которых в ответе мы сами. Проще говоря, о родных и близких. Помни об этом, Йерун! Государи воюют и мирятся, а люди остаются.

— Однако я отвлекся, – снова заговорил мастер Ян после недолгого молчания. – Теперь о второй причине. В Брюгге, в отличие от Босха, есть гильдия художников, в которой состою и я. Если ты пожелаешь сделаться мастером именно здесь, я охотно окажу тебе поддержку, представлю начальникам гильдии как человека обученного. Я уверен, что ты сумеешь создать шедевр. Но для вступления в гильдию и признания тебя мастером тебе потребуется заплатить взнос. (Далее он озвучил сумму, весьма внушительную.) И устроить пир для всей верхушки гильдии, это тоже недешево. После этого ты сможешь работать и быть сам себе хозяином, но имей в виду, Йерун, художников в Брюгге с избытком. Их так же привлекли былые слава и богатство нашего города, да и нынешняя его красота, чего уж там. Вот и выходит, что за каждым заказчиком художнику приходится носиться, как охотнику за оленем. И наше славное ремесло грозит обернуться неверным делом даже для мастера.

— Но как же ты сам?

— Я давно здесь, Йерун. Тебе же еще только предстоит сделать себе имя. Так вот, мы и пришли к третьей причине. В Босхе нет того, о чем я говорил только что. Художников не слишком много – даже на создание гильдии не набралось. Твой отец объявит тебя мастером с куда меньшими усилиями и затратами, чем это произойдет здесь. Между тем обыватели Босха ценят искусство не меньше нашего. Стало быть, без работы вы не останетесь никогда. Опять же – Братство Богоматери, куда ты наверняка вступишь. И ваш собор, над которым еще работать и работать. Я полагаю, если все останется как есть, Босх не оскудеет заказами для тебя, для твоих детей и, может статься, для твоих внуков! Понимаешь, о чем я, Йерун?

Молодой человек кивнул.

— Ты молод, и перед тобой открыты все дороги. Это первая треть дела. Не ошибешься в выборе подходящей – считай, удалась вторая.

— А третья?

— Третья во многом зависит от тебя. Обычно она продолжается столько, сколько живет человек!

— Господа, сегодня я рад представить вам моих сыновей и учеников – Гуссена, Яна и Йеруна. Все они с детских лет обучались в моей мастерской и переняли все, чему учил их я, а меня – мой отец, известный многим из вас мастер Ян ван Акен-старший. Всех троих я с полной ответственностью готов назвать мастерами-художниками, все трое готовы трудиться ради блага и процветания города Хертогенбоса.

— Браво!

— Браво, минхерт ван Акен!

— В городе прибыло мастеров-художников, их не придется приглашать извне!

— Ни из Гента, ни из Брюгге! Все мастера свои!

— Еще к нам придут издалека – приглашать художников ван Акен!