Книга Танец теней, страница 267 – Гурав Моханти

— Шри, просто дыши! – обронила Масха, но та, не слушая ее, вцепилась ей ногтями в лицо.

— Нала, – скомандовал Паршурам, и Нала коснулась нерва за ухом Шри, дабы успокоить ее. Пока что.

— Ачарья Нар Ад, – Масха провела пальцем по свежему порезу на лице, – зачем ты так поступил с господином Номномом?

— Единственное, чему я научился у этих милых грызунов, так это то, что сыр всегда достается второй крысе. Смотрите! Нам не пришлось даже ждать. Настало время нашему часовому встретиться с нашим противником.

Озеро всколыхнулось, иссиня-черная вода вспенилась, и под ее поверхностью перекатилось невидимое тело. Огромное, длиной с лодку, оно неслось вперед, и от него расходилась рябь, невидимое создание подплывало все ближе и ближе, пока наконец нечто похожее на маслянистое, блестящее черное щупальце не показалось над водой. Вода стекала по нему, и казалось, при взгляде на это ты погружаешься в транс, а создание все скользило вперед, и его тело образовывало на поверхности воды непристойный и неприлично длинный змеевидный узор. И с губ всех путешественников сорвался единогласный призыв к богам, когда от воды поднялась, готовясь поглотить Номнома, огромная голова.

У твари были алые глаза без зрачков, словно это создание было плодом любви угря и хамелеона, и в тот миг, когда она приблизилась к Номному, из глаз выстрелили два длинных языка. И было это создание столь странно, столь экзотично, столь прекрасно… Нала, не спуская с него глаз, воспользовалась тем, что все отвлеклись, и стащила из сумки у Масхи шепотку хастарского гашайна. После спуска она была слаба, и ей нужна была ясность чакр. А затем два языка потащили мистера Номнома вниз, и его писк растворился в чернильной темноте.

— Пли! – скомандовал Чалаккха, и сорвавшиеся болты то ли потонули в воде, то ли попросту отскочили от твердой шкуры, не повредив тварь. – Подготовить боеприпасы!

— Здесь мы не можем их использовать. Потолок рухнет быстрее, чем ты успеешь произнести «дракон».

Но от Такши не ускользнул мрачный взгляд, которым Паршурам обменялся с Вьясом и Нар Адом. Бард обернулся.

— Мы не можем его убить, – сказал Нар Ад. – Не тогда, когда он окружен водой. – И прозвучало это столь мрачно, что все несогласные тут же замолчали. – Это создание древнее веков. Хотя я искренне надеялся, что записи о нем солгали.

— Древнее веков? – спросила Масха. – Старше даже ачарьи Паршурама?

— Там, вовне, есть миры, моя милая прорицательница, – прошептал Нар Ад, – которые сотворены из воспоминаний и бросают вызов смерти и даже времени.

— Нельзя бросить вызов времени, – сказала Масха, когда Нала отошла в сторону, чтобы понюхать наркотик. Сама Нала, конечно, удивилась, почему Масха сказала только о времени и не упомянула смерть, но присутствующий здесь бессмертный явно опровергал этот тезис.

— Люди ошибочно считают, что время – это нескончаемый прилив, что движется поступательно, постоянно и непрерывно, – сказал Нар Ад. – И они не ошибаются. Но Оранжевый Орден знает, что полуправда гораздо популярнее фактов, верно, Вьяс? Дело в том, что время подобно воде. В нашем мире оно подобно реке, всегда текущей вперед, в других – водовороту, а в некоторых, таких как Айран Мачил, время… это ледник. Застывший. Неподвижный. Все древние записи погибли во Времена Великой Скорби, но нам известно, что в космосе существует семь миров. Мы знаем названия лишь трех. Нашего мира. Сварги, обители Детей Света и Тьмы. Говорят, что он находится над нашим миром. И под нашим миром находится Патаал, дом нашего дорогого друга Такши. Когда-то Дети Света нашли пути, по которым можно путешествовать вверх и вниз по этим мирам через…