Книга По ту сторону стены, страница 84 – Эйа Риверголд

— А он тоже был невезучим?

Было приятно услышать сладкий голос, прервавший длительное молчание.

— Я не знаю, каким был папа: из-за длительного пребывания в темноте я иногда даже забывала черты его лица. Поэтому для меня он оставался незнакомым человеком, но самым любящим отцом. Знаю, что такое почти невозможно. – Илис слегка посмеялась. – Но для моего отца такого слова не существовало.

— Он был путешественником? Таким, как ты?

— Не знаю… наверное. Он скорее был… мечтателем.

Рассказы Отема всплыли в ее голове. Вдруг плеснулась в памяти ярость, которую она испытала, когда впервые услышала, какая смерть выпала на долю отца.

— А мечтатель – это неудачник или, наоборот, везунчик?

Илис притянула колени ближе к себе. Иногда, когда не знаешь ответа на вопрос, это помогает.

— Мечтатель – это борец… – наконец выпалила она, и кислые слезы поплыли по горячим щекам, разъедая их. Девочка прильнула к стеклу, наблюдая за глазами Илис.

— Если ты тоже мечтатель, тогда почему же сидишь здесь и плачешь?

— Я устала бороться… – Илис было стыдно признавать это.

— Тогда, наверное, ты все же не мечтатель, – задумчиво предположила девочка.

Илис как водой окатили – она вскочила и внезапно почувствовала мощный прилив сил в руках. Размахнулась и ударила по стеклу. Затем билась до тех пор, пока по ее кулакам не начала струиться кровь.

— Стой! Оно не разбивается! Ты поранишься! СТОЙ! – Другая девочка аж подпрыгнула.

— Мне нужно в Грезы! – Илис всегда была мечтателем, но просто забыла об этом. Ей нужно выбраться. Грезы ждут ее, чтобы исполнить желание. Она не может сидеть сложа руки. Ее ждут Люси и Фрис – весь Сихрат дожидается спасителя.

Удары становились все мощнее. Илис перестала плакать и не жалела себя, пробиваясь сквозь это стекло: в ней горела ярость.

— Тебе же больно!

Девочка отошла подальше от стекла, отделяющего ее от Илис. Каждый удар оставлял после себя небольшой красный след. Вскоре витрина начала сотрясаться, маленькая трещина, подобно первой морщинке на молодом лице, стала разрастаться. Стекло потрескалось.

Илис била изо всех сил, закрыв глаза, но видя перед собой ни в чем не повинных родителей. Услышав громкий звук, к ним подбежал Кларк. Только он открыл дверь, как стекло перед Илис рассыпалось на миллионы осколков. И они посыпались вниз, как беспутные звезды на ночном небе или как дождь из снов в одной из башен Сихрата.

Илис приземлилась коленями и ладонями прямо на разбитое стекло. Конечности тут же начали заливаться алой краской. Она упала на дорогу, где люди, одурманенные своими заботами, не замечали происходящего. Некоторые, конечно, обернулись из-за треска, но они лишь подошли и начали собирать стеклышки, шепча, что их можно продать за монетку каждое. Напоследок девочки снова встретились взглядами. Любопытство той, что осталась в витрине, разгоралось все ярче. Илис в этот мимолетный промежуток времени словно пообещала вытащить и ее, позаботиться о ней.

— Я вернусь! Я вытащу вас! – кричала Илис, убегая. – Я обязательно спасу вас!

— Си бегиси си за миситой!

Девочка радостно помахала ей, зная, что смельчак из Сихрата обязательно сможет спасти ненужный товар.

Илис побежала вперед, точно ослепленная долгожданной свободой. Сердце сильно колотилось, еще пара ударов, и оно бы выпрыгнуло изо рта и осталось пылиться на земле.