Книга По ту сторону стены, страница 25 – Эйа Риверголд

В ночной вышине уныло висела необъятная луна, освещая пыльный Сихрат своими светлыми надеждами. Отем уже успел потеряться во времени: он просчитался и не знал, день сейчас или ниспадающая ночь. «Начал говорить – договаривай, начал есть – доедай… Начал делать – доделывай», – похлопал Отем губами, но старым ушам его послышалось, что само ночное око с тысячью мерцающих ресниц прошептало эти заветные слова.

Он встал с холма, снял с носа мутные очки и замазал их чернилами, которыми пропитался левый карман тулупа. Отем оттопырил слюнявый палец, чтобы понять, куда дует ветер. Воздух двигался в нужную сторону. Отем осознал, что у них есть шанс на успешное путешествие.

На холме Великого Сихрата стоял почти незаметный самолет Шрицерберга, с маленькой кабиной для нескольких пассажиров. Конструкция была хлипкой и не внушала доверия, но, когда человек стремится к своей цели, доверие и не требовалось.

Отем гордо взошел на борт и уселся, крепко схватившись за штурвал. Перед полетом он тщательно проверил ремень Илис, завязал ей глаза, намазал ее каким-то густым месивом, проверил чемоданы. Отем заметно нервничал: их судно начал качать ветер, рука пилота взялась за рычаг, от которого зависело их путешествие.

— Помоги мне, хорошо? – обратился тихий голос к небу. И рабу небес показалось, что все боги услышали его, а луна даже подмигнула, и великий шар заблистал еще ярче.

Под столом слышалось, как непослушно топает нога Счетовода.

— Ну же, – процедил он сквозь зубы. – Уже проходит семь часов… Скоро они загорятся… Терпение Счетовода почти иссякало.

Отем видел, как сторожевые бегали из угла в угол.

— Затмение! – догадался Отем. – Семь часов до затмения! – обрадованно крикнул он. – У меня еще три минуты.

Сердце начало танцевать, скакать вверх и вниз так, что уже выпрыгивало изо рта, и Отем тяжело сглотнул.

— Георгий! – Счетовод позвал Главного Сторожевого.

— Единственный Счетовод Великого Сихрата удостоен чести называть мое имя! – За спиной Счетовода показалась маячащая фигура.

— Собери постовых! Немедленно!

Счетовод считал на счетах тщетные секунды.

— Здесь тихо, просто прокричите им приказ, и они прибегут… – Георгий ехидно улыбнулся, – хорошо… Вы правы: я сам это сделаю. – Он сделал шаг вперед, но, постояв в тишине, снова обернулся. – Вы! Почему вы не говорите, что нужно быть потише? – Георгий нагло прыгал на струнах терпения Счетовода.

— Убожество… – промямлил Счетовод и сам побежал, стуча каблуками, к башням постовых.

Он торопливо заполз на первую башню, легкие готовы были вот-вот разорваться.

— Позови всех вниз, и поживее! – Счетовод потратил последние силы голосовых связок, чтобы прокричать эти слова.

Но его будто никто не услышал; тысячи глаз зажглись лучами падшей надежды прямо за его спиной. И, разрезая плач страдальцев, заточенных в камень, над башнями всплыло летающее чудо техники, созданное человеком. Сторожевые и постовые подняли хрупкие головы, железная птица пролетела над ними.

В кабине сидел Отем, вцепившись в руль. Он воспарил так высоко, что Великая Стена оказалась далеко под ним. Старик, прислушавшись к внутреннему пилоту и поняв, что сейчас самое время, потянул штурвал на себя, нос самолета задрался, и пассажиры едва не выпали. Отем ухватился за рычаг тормоза, самолет начал глохнуть, а нос повис: они летели вниз.