Книга Двери больше не нужны, страница 102 – Екатерина Соболь

— Оно окупится, – мрачно сказала я. Как же похоже на папу: знать, что происходит, не сказать никому и пользоваться страхом людей, чтобы заставить их покупать! – Уверена, цены за артефакты он назначает тоже космические, скидка – просто уловка. Когда такое творится, людям становится не жаль своих сбережений.

Антон тихо рассмеялся, закашлялся и засмеялся снова.

— Но мы его опередили. Начали бесплатно раздавать артефакты, чем он начал свою торговлю. Из-за нас он кучи клиентов лишился.

Я не понимала, что его так насмешило: он никак не мог успокоиться. На мой вопросительный взгляд Антон, задыхаясь, ответил:

— Вы с Гудвином – как две стороны одной медали. У меня каждый раз просто башню сносит от того, насколько вы похожи.

— Ну спасибо!

— Правда же! Вы действуете одинаково, просто он всегда делает это ради себя, а ты ради всех, кроме себя. – Антон притормозил в очередном дворе. – Момент.

Он скрылся в подъезде, сутулясь как никогда: пошел отдавать кому-то артефакт. Мне теперь было так некомфортно в машине-убийце, что я из нее тут же выскочила.

— Ах ты, гений, – пробормотала я, глядя Антону вслед. Один вопрос не давал мне покоя, и он принес ответ на блюдечке. – Если уж мы похожи, я сделаю то же, что и отец, но наоборот. Вот только сначала… Спасибо, Антон.

К тому времени, как Антон вышел, я уже остановила водителя, который ехал мимо на машине, забитой каким-то скарбом, и потребовала отвезти меня в Стражу. Он бы скрылся, но я упиралась ладонями в передний капот, не давая ему шанса, хотя он не глушил мотор и ругался.

— Эй! – крикнул Антон от подъезда и закашлялся, тут же сорвав ослабевший голос.

— Я в Стражу! Развози остальные! – крикнула я. – Потом езжай на вашу радиостанцию, слышишь? На радио! Встретимся там!

Антон страдальчески наморщил лоб. Его лицо ясно говорило, что мою идею он не понял. Я послала ему воздушный поцелуй и ввалилась на переднее сиденье, чуть не придавив чемодан, который водитель едва успел стащить вниз.

Добравшись до Стражи, я сообразила, почему стражники засели сортировать письма именно в хранилище. Оно было на подземном этаже – и благодаря этому, похоже, еще существовало.

Целый кусок здания просто отсутствовал. Часть фасада, где раньше был общий зал стражников, выглядела призрачной, едва различимой. Уже не камни, не кирпичи, не стекла, просто контур, слабо обозначенный висящими в воздухе мутно-голубыми ошметками волшебства. Остальное здание Стражи тоже казалось нечетким, как акварельный рисунок.

Водитель забыл ворчать и расширившимися глазами уставился на эту картину.

— Конец света… – выдохнул он. – И уехать отсюда нельзя, все так говорят. Зря я верю как идиот. – Он указал на книги, цветок в горшке и пакеты, теснящиеся на заднем сиденье. – Я бы вернулся домой, но одному там сидеть еще хуже. Это какая-то ядерная катастрофа? Мы умрем?

Разубедить его у меня не было сил.

— Держите радио включенным, – сказала я и выбралась на пустую улицу, лишенную звуков, запахов и красок.

Вокруг была ватная тревожная тишина, которую совершенно не разбавляли едва различимые, потусторонние звуки оживленного дорожного движения.