Онлайн книга «Вероломный бог»
|
— Что задумал Харальт? – спросила Киллиан. – Зачем он это сделал? Кулаки Крандуса дрожали от ярости. — Центр всей магии Сетариса – идеальная цель, если хочешь одним ударом сокрушить самое большое препятствие на пути к завоеванию. Полагаю, корабли с волчьими головами здесь лишь для того, чтобы добивать уцелевших, когда Магаш-Мора закончит пир. – Они с Шадеей переглянулись. – Обряд Ковки должен обеспечивать верность всех магов, но мы не знаем, что за странные силы здесь действуют. — А как же наши проклятые боги? – вмешался я. – Прячутся как напуганные детишки? Для создания такой твари нужна серьезная сила. Вроде силы богов, например. За лигу чую. Богам следовало бы сейчас плыть над городом, посылая огонь и молнии вниз, на наших врагов, вырвать магию и саму жизнь у них из костей и разверзнуть землю, чтобы сбросить останки в Костницу. Все животные Сетариса должны рвать захватчиков зубами, когтями и клювами. Вместо этого боги бездействуют. — Ах да, Киллиан упоминала о сделанных тобой опрометчивых выводах, – сказал Крандус. – Скрытый бог вне подозрений, для чего бы ни использовали его старый храм в Крольчатнике. При этих словах он с печальным сомнением улыбнулся. — Но… — Молчи! На виске у него пульсировала вена. Во мне все кипело, но я заткнулся. Он не шутит, и не время сейчас спорить с архимагом. Наше внимание привлек лязг стальных доспехов и подкованных железом сапог. Строевым шагом к нам приближался с десяток заляпанных грязью фигур, каждый нес двуручный меч высотой с меня. Каждый был с головы до ног так покрыт стальными пластинами с острыми как бритвы гранями и шипами, что на целую кузню хватило бы. Шлемы не имели прорезей для глаз, вместо них свет пропускали какие-то прозрачные кристаллы, встроенные в железо, укрепленный магической защитой металл заменял ремни, кожаные перевязи и наколенники. На мой взгляд, штурмовики выглядели неуклюже и тяжеловесно, в таком виде неудобно сражаться, но они преодолевали расстояние между нами легко и плавно, с непосильной для обычного человека скоростью. Присмотревшись, я увидел за спиной одного меч с зелеными искрами, как у Эвы. И доспехи, нереально тяжелые, неожиданно обрели смысл – только рыцари могут сражаться в таких. Вслед за ними шли темноволосые парень и девушка, судя по всему, близнецы. Мимолетное сходство с Мартеном выдавало в них санкторов. Они были слишком юны для того безумия, которое мы им готовили. Громко топая сапогами, рыцари неуклюже выстроились перед архимагом. — Их так мало, Эвангелина? – произнес он. Голос Эвы звучал жестко и сдавленно: — Остальные похоронены под завалами, архимаг. Крандус поморщился и потер виски, опустив взгляд. — Этого недостаточно. Все рушилось, превращаясь в развалины. Я впервые видел архимага таким слабым, таким человечным. Кто-то бросил мои старые сапоги и серый плащ. Я затянул ремни и надел сапоги. Все это служило доспехами против перемен – я опять ощутил себя прежним. — Если бы мы могли выпустить против Магаш-Моры титанов, – сказала архимагу Шадея. – Полагаю, они как раз для этого создавались, хотя были завершены слишком поздно, чтобы спасти Эшарр. И таинственное свечение титана теперь объяснимо – это было предупреждение, которое мы не поняли в своем невежестве. Крандус ничего не ответил и не взглянул на нее. |