Книга Вероломный бог, страница 155 – Кэмерон Джонстон

Даже на таком расстоянии я видел роящихся у обоих ворот людей, они сражались или бежали, пытаясь спастись. Они оказались заперты между разрушающим город чудовищем и вливавшимся через порт войском Скаллгрима.

— Они в ловушке. Сделайте что-нибудь.

Ноздри Крандуса раздувались.

— Теперь спасения нет. Когда столько людей оказалось в ловушке, Магаш-Мора будет объедаться плотью людей и животных, пока не охватит весь Старый город. К воротам! Соберите всех стражей и сформируйте отряды.

Тварь внизу взвыла какофонией голосов, словно тысяча вопящих младенцев. Содрогнувшись, я отвел взгляд. Она расползалась по улицам и домам, хлюпая, чавкая и круша все на пути к оказавшимся в ловушке обитателям Доков. Перед мысленным взором промелькнули лица тех, кого я видел там, вернувшись домой: широко распахнутые при виде брошенной в миску серебряной монеты глаза девочки, охранявшие двери Чарры суровые братья-близнецы, Ростовщик Бардок, туповатый высокородный лорд Задница, которого мне пришлось терпеть в плавании вдоль побережья, и даже цирюльник с пугающей коллекцией выдранных зубов. Сколько людей уже сожрано? Мысль об этом вызывала дрожь. Это слишком напоминало мой страх оказаться поглощенным Червем магии и загнанным в угол собственного разума, но при этом как-то осознавать собственную чудовищность. Невозможно знать, не захвачены ли они в таком же состоянии прижизненной смерти, оставаясь в сознании.

— Я тоже туда пойду, – сказал я неожиданно для себя самого и растерянно оглядел клинок Расчленителя.

Я не мог просто ждать сложа руки и позволить этому произойти. Там мой народ.

— Не пойдешь. – Шадея спрыгнула со стены и легко приземлилась на ноги, с виду слишком тощие для таких прыжков. – Ты забыл, что магу Эвангелине уже приходилось тебя удерживать?

— Я ничего не забыл. Хочешь правду? – Краем глаза я заметил, что Киллиан угрюмо кивнула. – Живодер убил моего друга Линаса. Плоть магорожденного использовали для создания этой проклятой твари. – Я постучал пальцами по своей голове. – Нас с Линасом связывали узы Дара. – Несколько магов ахнули, я услышал шепоток про тиранов. – Это не было порабощением, мы с ним были как родные, ближе, чем кто-либо из вас может даже представить. Вот почему я и вернулся в этот город, в долбаную крысиную задницу. Линас отдал жизнь ради того, чтобы тварь не успела полностью вызреть до прибытия скаллгримцев. Без него она была бы адски мощнее, и никого из вас уже не было бы в живых.

Шадея вскинула голову:

— А, понятно. Значит, вот почему тирана так ранило появление Магаш-Моры? Одни боги знают, сможешь ли ты вынести эту боль, Эдрин Бродяга.

В кровь хлынула ярость Расчленителя. Я поднял колдовское оружие.

— Свою боль я заткну прямо в глотку долбаной твари. Я разрушил этим клинком кристаллическое ядро той, что поменьше. Если мы пробьемся, я сделаю то же самое и с этой, клянусь.

Крандус некоторое время обдумывал мои слова:

— Хорошо. Маг Эвангелина, собери штурмовиков и найди кого-нибудь, чтобы принести этому магу его достояние. Будь быстра как ветер.

Эва одобрительно кивнула:

— Это мне больше нравится, чем прятаться за стенами, пока гибнут люди.

И она понеслась к Ордену магов.

Крандус произнес в сигнальный жезл:

— Я, Крандус, архимаг Арканума, повелеваю сломать печати на третьем, четвертом и пятом хранилищах. Доставайте орудия войны.