Книга Вероломный бог, страница 154 – Кэмерон Джонстон

О, как он наслаждался этим, мелкий самодовольный придурок.

А потом безумная идея подняла безобразную голову и взорвалась пламенем. Я с огромным изумлением вытаращился на Мартена. Ему это явно не слишком понравилось.

— Киллиан, – сказал я. – Сколько санкторов сейчас есть в Сетарисе?

— Три, – рассеянно отозвалась она, не отводя взгляда от карты города. – А что?

— Что произойдет, если мы запихнем их, – и я указал на Мартена, а потом на пролом в стене и Магаш-Мору за стеной, – в глотку этой твари? Она черпает силу из краденых Даров, но что, если мы доставим санкторов достаточно близко, и они сумеют Дары блокировать? Вдруг это ее уничтожит?

Меня вдруг окружила полная тишина, маги оборачивались и смотрели сперва на меня, потом на Мартена. У того отвалилась челюсть, а лицо побледнело. Из рук Крандуса выскользнул сигнальный жезл и с грохотом покатился по камню.

— Погоди, – сказал Мартен. – Ты же это не всерьез?

— Мне известно, что некоторые из вас чувствуют, как Дары отрываются внутри этой твари, как потоки магии вливаются в ее плоть через поглощенных магов и магорожденных. Санкторы способны блокировать этот источник силы.

Мартен открыл и снова захлопнул рот, не издав ни звука. Он выпучил глаза от ужаса.

— Киллиан, это осуществимо? – спросил архимаг.

Она вздрогнула:

— Маг Эдрин Бродяга вполне может считаться экспертом в данной области. В катакомбах под городом он сумел уничтожить менее крупную тварь. Если он утверждает, что еще живые Дары поглощенных могут притягивать магию, питая жизнь этого существа… – Киллиан бросила на меня взгляд, и я испугался, что она раскроет тайну уз Линаса с моим Даром. – …Я готова ему поверить. Я чувствовала, как существо пыталось вытянуть и мой Дар. Это вполне объясняет, как такая массивная туша существует вопреки законам природы, не раздавленная собственной тяжестью. А совместным воздействием множества Даров также можно объяснить то, как тварь искажает реальность, чтобы пожирать магию.

Понимая, куда дует ветер, Мартен побледнел и сжал кулаки, но даже он должен был понимать, что это необходимо.

— Не могу гарантировать, что моя сила сработает против этой твари, – дрожащим голосом сказал он. – Она может оказаться невосприимчивой.

Пусть он самодовольный кретин, но не трус. И за это я мог его уважать.

Архимаг выпрямился:

— Я не допущу, чтобы гибли невинные, когда можно этого избежать. – Он похлопал Мартена по плечу. – Попытаться стоит. Отыщи всех санкторов, и соберитесь возле ворот. Быстро. Сообщите всем командирам – мы вступаем в войну!

Судьба Мартена была решена.

— Сожалею, друг, – совершенно искренне сказал я.

Никого нельзя просить добровольно идти на такое безумие. Но я не мог допустить, чтобы тело и разум Линаса использовались для убийства людей.

За стеной нижнего города с западной стороны прозвучала череда взрывов, пламя вспыхнуло до небес, повалили клубы черного маслянистого дыма.

— Масло! – выкрикнул кто-то. – Западные ворота горят, а скаллгимцы захватили Нищенские доки. К Западным докам приближаются новые корабли и… о благая Хозяйка ночи, с тех кораблей поднимаются стаи демонов.

Сигнальный жезл Крандуса заверещал, и какое-то время архимаг прислушивался к нему. Архимаг насупился и сжал челюсти.

— Демоны разрушают стены, и вооруженная толпа уже хлынула внутрь через Нищенские ворота.