Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 125 – Елизавета Дворецкая

Рагнхильд мысленно вернулась на тот солнечный склон. Может, Фрейя снова пройдет там и заберет ее лепешку… Да, вот она! Прямо по цветущему склону шла молодая женщина в белой одежде – такой длинной, что подол волочился позади нее по земле. Волосы у нее тоже были белые, белые брови и ресницы казались покрытыми инеем, а глаза… Она взглянула прямо на Рагнхильд, и ту будто обжег взгляд ее ярко-золотистых глаз.

«Ты – Фрейя?» – мысленно обратилась к ней Рагнхильд, трепеща от близости нечеловеческого и явно могущественного существа.

Каким-то краем мысли она понимала, что приходит: она сорвала особенный цветок, положила его под подушку и воззвала к высшим силам; появление белой женщины – это ответ. Теперь она узнает свою судьбу, хочет или нет; добра или зла та судьба – отступать поздно.

И белая женщина заговорила.

На последних словах облик посланницы вдруг расплылся и превратился в серое пятно; голос отдалился и стих.

«Пес Хель? Что это?» – хотела спросить Рагнхильд, но обнаружила, что вместо солнечного склона перед ней темный покой, а рядом сопит Дагрун.

Осторожно, чтобы не разбудить ее, Рагнхильд перевернулась на спину и при свете низкого огня в очаге стала смотреть в балки высокой кровли. Она все-таки увидела нужный сон! Диса, посланная самой Фрейей, в немногих словах раскрыла перед ней все будущее, доброе и злое. И выбор еще не сделан! Ей предстоит дойти до развилки и решить, куда свернуть. Диса назвала имя… Сигурд? Сигстейн? Сигвард? Сигрик? Ой-ой! Чем больше Рагнхильд перебирала имена, похожие на услышанное, чем глубже в тину беспамятства уходило подлинное.

Но ведь посланница Фрейи назвала и земли, которыми он владеет. Рогаланд? Ранрики? Рагнхильд было испугалась: Восточный край – это далеко, а ей нельзя уезжать из Согна!

Не может Фрейя дать ей такую неудобную судьбу!

Кое-что Рагнхильд запомнила четко. Скоро, сказала посланница Фрейи. Ждать уже недолго.

Пес Хель! Кто это? Диса говорила о Фенрире? Это чудовище способно принести смерть даже сильнейшим из асов, но Рагнхильд не верилось, что волк нижних миров обратит внимание на нее. Она перед ним всего лишь мошка.

Но что если у Хель есть и другие псы? Нечто подобное тут же нарисовало ей воображение: огромный пес, тощий как скелет, без шерсти, слепой, с жуткими клыками, с которых капает слюна… Рагнхильд зажмурилась и мысленно замахала руками, отгоняя этот ужас.

Но страх пустил ростки в душе и не желал исчезать. Пурпурный цветок… Ох, а что если его «кейсарский» цвет говорит вовсе не о платье кейсара из Миклагарда, а предвещает пролитие крови?

Даже мелькнула трусливая мысль: не лучше ли было взять какой-нибудь другой цветок? Но нет, мысленно вздохнула Рагнхильд. Обнаружив этот, явно предназначенный ей, и взять другой означало бы отказаться от себя. Опасность может привести к гибели, но может и возвысить; что же касается позора, то из него уж точно не вырастет ничего хорошего.

Фрейя позаботится о ней, утешала себя Рагнхильд, стараясь заснуть поскорее. Она ускользнет от Пса Хель, чем бы он ни оказался.