Книга Вор Мертвого города. Том 2, страница 29 – Андрей Глухарёв

Рядом со мной, бесшумно, как и всегда, вырос Молчун. Он просто стоял, скрестив руки на груди, и смотрел в ту же бойницу. Его лицо было скрыто капюшоном, но я знал, что его ледяные глаза сейчас так же осматривают эти мертвые улицы, как и мои.

— Мы внутри, — негромко произнес я, глядя на далекие всполохи фиолетовых молний над Дворцом Слез. — Половина дела сделана.

— Самая легкая половина, вор, — сухо отозвался Молчун. Его голос был лишен эмоций, но в нем звучала неприятная уверенность человека, который видит картину целиком. — Дойти до дверей сокровищницы — это не то же самое, что выйти из нее с сокровищем.

Я хмыкнул, не отрывая взгляда от города.

— Это муравейник, — я обвел рукой панораму Эре-Нергала. — Тысячи зданий. Сотни тысяч комнат, подвалов, тайников. А мы ищем одну единственную корону, которая может валяться где угодно: от пыльного сундука в заброшенном храме до головы какого-нибудь забытого умертвия в канализации. Найти Венец Жемчужных Королей в этом хаосе будет сложнее, чем просто выжить.

— Наниматель не послал бы нас вслепую, Марек. Я знаю, где его искать, — голос Молчуна был спокоен, но эти слова ударили меня, как обух топора.

Я медленно повернул голову. Мои глаза сузились.

— Ты знаешь, где Венец? — переспросил я, и в моем тоне проскользнула холодная ярость. — И ты молчал об этом?

— Информация выдается по мере необходимости, — невозмутимо ответил безымянный.

Я шагнул к нему вплотную. Разница в росте была не в мою пользу, но сейчас это не имело значения. Мой голос упал до змеиного шипения.

— Если ты еще раз утаишь от меня информацию, которая касается нашего выживания, я не буду стрелять тебе в колено, — я упер палец в его грудь, точно туда, где под плащом скрывалось сердце. — Я привяжу тебя к самому заметному столбу в городе, чтобы из тебя вышло красивое угощение для его обитателей. Понял меня?

Молчун не дрогнул. Он медленно опустил взгляд на мой палец, затем снова посмотрел мне в глаза.

— Понял, — ровно ответил он. — Нам нужно во внутреннее кольцо города. В место, которое на старых картах называется Залом Архивов. Там должны быть сведения о том, где король-чародей хранил свой Венец.

Мы расположились в дальнем конце полукруглого зала Башни Бальзамировщиков, подальше от зияющего провала балкона, откуда тянуло сквозняком и запахом обитателей проклятого города. Отряд рассыпался по помещению, словно горсть брошенных на стол игральных костей — каждый нашел свой угол, стараясь не смотреть на соседа. Привал в тылу врага редко располагает к душевным беседам. Ты либо проверяешь снаряжение, либо пытаешься урвать жалкие крохи сна, прекрасно понимая, что в любую секунду тебе могут вспороть брюхо.

Крэг опустился прямо на пол, привалившись широченной спиной к основанию каменного стола. Гигант просто вытянул свои ноги, положил двуручную секиру на бедра и… замер. Его мутные глаза смотрели в одну точку, челюсть слегка отвисла, а дыхание сделалось настолько глубоким и ровным, что казалось, будто он уже умер. Я знал эту способность северных наемников — отключать сознание по щелчку пальцев, экономя ресурс тела. Завидовать тут было нечему: чтобы так спать, нужно быть пустым внутри. Бран пристроился неподалеку. Горец зубами развязывал грязную тряпку на левом предплечье. Рана, оставленная когтем демона еще в Ущелье Слепого Короля, выглядела паршиво — края воспалились, покрывшись желтоватой коркой, а от самой руки разило гноем и лихорадкой. Северянин тихо шипел, поливая рану остатками дрянного эля из своей фляги, затем щедро присыпал порез каким-то серым порошком из поясного кисета и начал туго затягивать свежий бинт. Он не жаловался. Боль для таких, как он, была просто еще одной формой золота, которой они расплачивались за право дышать. Даррен… Даррен ломался. Я наблюдал за бывшим командиром, сидя на корточках в тени обрушенной колонны и методично, дюйм за дюймом, протирая лезвие своего кинжала куском промасленной замши. Наемник сидел на перевернутом каменном кувшине, обхватив голову руками. Пальцы с въевшейся в ногти грязью судорожно впивались в поседевшие виски. Он постоянно дергался от любого шороха, будь то свист ветра или хруст камушка под сапогом Брана. Надо будет держать его в поле зрения.