Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 317 – Екатерина Гичко

Он отступил от шара и пошёл смотреть остальные сферы. Все они были очень разными. Иногда сила в них едва теплилась и даже не хотела отзываться на прикосновение. Порой яростно бурлила, казалось, она могла проломиться каменную стенку и напасть на хаги. Чаще всего мужчина чувствовал что-то вроде дружелюбного любопытства. Иногда он находил на шарах отметины-символы, похожие на клеймо. Всегда разные.

В дальнем углу Ёрдел нашёл и самый маленький шар, размером с голову ребёнка. Свет в нём почти угас, и сфера по краям уже потемнела. Затухающее сияние виднелось только в самом центре. Хаги погладил шар, но тот не отозвался, и мужчина взял его в руки, оторвав от треножника. Это оказалось нелёгкой задачей, видимо, сфера пролежала здесь очень долго и почти успела срастись со своей подставкой. Сияние внутри дрогнуло, поверхность шара стала чуточку теплее.

Подойдя ближе к одной из больших сфер, чтобы в её сиянии рассмотреть свою находку, Ёрдел осторожно повернул шарик в ладонях. Тот испуганно замерцал, тьма отступила чуть ближе к краям. Сверкнули грани резьбы, и Ёрдел отёр шар об одеяло, в которое до сих пор был завёрнут. Под слоем пыли оказалось солнышко. Именно таким его рисовала Лоэзия, когда мазала Ёрдела белой лечебной грязью: сперва рисовала круг, а потом волнистые линии-лучики.

Ёрдел вернул шар на место, но не успел отойти, как тот отчаянно засиял, словно пытался привлечь его внимание. Тьма сжалось до узкой полосы у самой поверхности шара. Хаги чудилось, что артефакт молчаливо взывает к нему, просит о чём-то… Страдает.

С жалостью у Ёрдела было плохо. Сочувствовать он ещё мог, если мог понять чужую боль. Но отчаяние артефакта… Нет, не мог понять. Но рука почему-то потянулась к шарику, и Ёрдел, нащупав в ворохе одежды поясную суму, кое-как запихал сферу туда.

Через четверть часа он уже был у закрытых ворот поселения. Перебравшись через них по воздуху, Ёрдел вытащил серебряную пластину и зашагал дальше на юг.

Только вот ему показалось, или камень Мариша стал существенно ближе к нему?

[1]Реевесуор — бог, создатель хаги.

Господа Хоётора:

Ирресаша̀у— думаю, наш милый друг в представлении не нуждается.

Рошшаа̀д— дух земной стихии, песчаный Господин Рото-Ё. Очень не любит, когда ломают его куличики.

Идоа̀ра— многоликая Госпожа скаана-са. Душка Иррес обычно прибавляет к её имени неприличное литературное слово.

Расххерида̀н — Второй Господин Арван-Ё (в народе теперь бессмертное д***, бедняга).

Жхерра̀— Господин нота-са, его печать попалась Лирке.

Из активных Господ есть ещё Двуликий Господин хуани-са, но его имя мы ещё не слышали. Раздвоение личности у него не только внутреннее, но и внешнее.

Другие активные духи:

Ссадашѝлий— дух снега, Карающий духов за ложь (и не только духов). Невинный цветочек, жаждущий любви. Много-много любви. Впервые встретили его в «Цветочке».

Исхедиа̀р— дух огня и пепла. Очень крутой чувак, больше известный под прозвищем Дедушка. Тоже впервые встретили в «Цветочке».

Упомянутые в тексте боги:

Ваира̀к— создатель оборотней-химер по прообразу священного зверя Юаибы, один из самых почитаемых богов Салеи. И не только Салеи. Очень хитрожопый.

Волпа̀дес— создатель оборотней-волков, покровитель охотников. Почитается в Салее. Довольно высокомерный тип, за что его не очень любят в божественной тусовке.