Книга Печать безумных. Солнце поражения, страница 314 – Екатерина Гичко

— Меня зовут Идоара, я Госпожа этого города. Вы, смертные за пределами Хоётора, уже не помните нас, безумных духов, но когда-то каждый знал меня — духа, способного исправить любой вред, нанесённый миру силами богов, духов или смертных, — и ядовито добавила: — Почти всех смертных. Проклятые маги, творение родителей!

Она яростно взметнулась, одежды заклубились вокруг неё и резко опали. Продолжила она уже спокойнее:

— Нет, они не проклятые и очень полезные. Нет-нет… — голос подрагивал.

Ёрдел напрягся. Будучи сам не очень нормальным, он хорошо ощущал ненормальность других. В поведении женщины было что-то опасное, что невозможно было контролировать. Сумасшедшая? Или просто сильно обиженная и порабощённая своими эмоциями?

— Просто я не могла исправить то, что сотворили они, — по лицу запрыгала улыбка, превращавшаяся то в весёлую, то в злую, то в жалкую… Сотни оттенков за пару мгновений. — Но я совладаю и с этой силой. Пусть Родители и сделали её неприкосновенной для богов и духов, но я совладаю. Ко всему можно найти ключ, да? Твоя сила тоже особенная. Я чувствую её, могу давить на неё, но не могу взять. Что это? Расскажи мне. А лучше… поделись ею. Я могу щедро тебя наградить.

Наградить? Было бы неплохо, отправь она его обратно в Салею. Но она просит о невозможном. Как он отдаст силы, которые его тело берёт у самой земли? Как он отдаст ту часть сил, которую ему дали камни, ставшие его плотью?

— Я не могу, — честно ответил он.

— Почему? — женщина резко присела перед ним и подалась вперёд, обдав запахом влажной от росы травы. — Ты ничего не хочешь?

В какой-то мере это правда. Он мало чего хотел. И ничего из желаемого Госпожа этого места не могла ему дать. Большую часть его желаний могла исполнить только Лоэзия.

— Не хочу.

— Ты лжёшь! — крик раскатился по помещению. — Смертные всегда чего-то хотят, всегда чего-то жаждут! Ради своих желаний вы идёте на страшное! Знаешь, что делали те, кто хотел, чтобы я поделилась с ними толикой своих сил или знаний? Они были готовы предавать, убивать, отдавать в жертву тех, кого любят. Я знаю всё о сути смертных!

Ёрдел не спорил, хотя не верил, что любимой можно пожертвовать.

— Мне нужна, нужна твоя сила! — подвижное лицо женщины исказилось, голос задрожал в исступлении. — Этот мир так покалечен. Ты сам покалечен! Я могу всё-всё поправить. Мне просто нужно получить власть над тем, чем я не могу управлять. Отдай её мне, ты не пожалеешь. Я награжу тебя. Только желай чего-нибудь.

Странно, но чем больше женщина теряла контроль над собой, тем большую свободу Ёрдел ощущал. Он уже мог пошевелить собственными силами, добраться невидимыми щупами до стен и даже найти дверь. Пора бы и уходить. Он подтянул повыше край одеяла и тем привлёк внимание Госпожи. По её лицу расползлась чёткая насмешливая улыбка.

— О, я могу дать тебе и это.

Её тонкая рука потянулась к груди Ёрдела, пальцы с неприятным звуком разлепились-разошлись, и женщина нежно коснулась окаменевшей кожи. Ничего, кроме холода, мужчина не почувствовал. Но предложение понял. Именно так к нему прикасались женщины в борделе, куда господин Шидай отвёл его, чтобы объяснить некоторые тонкости отношений между мужчиной и женщиной. Но, как и тогда, сейчас Ёрдел ничего не ощутил. Когда прикасалась Лоэзия, кожа теплела, а кровь ускоряла свой ток. Всё внимание и все мысли сосредотачивались на жене, и появлялось желание ощутить её тепло как можно ближе.