Книга Салейские хроники, страница 31 – Екатерина Гичко

Лийриша уснула ещё до того, как Иерхарид донёс её до лекарского крыла. Сейчас её осматривал Винеш. Результатов ещё не было, но увиденное лекарь описал так ёмко и красочно, что зарделись не только помощницы, но и ученик.

Иер тоже видел. Краем глаза, из-за широкого плеча Винеша. То, что ночью показалось ему чернотой, обладало большим цветовым разнообразием: синий, багровый, чёрный, жёлтый, коричневый… Обширные синяки уже проходили и оттого выглядели совсем ужасно.

— Её бьют в семье?

— Не исключено, — не стал опровергать Врей, — но не думаю, что конкретно это — избиение. Слишком сильно, она могла умереть. А такая смерть семье Холлый невыгодна.

— Ты уже что-то узнал? — встрепенулся хайнес.

Его до сих пор поражала способность помощника добывать информацию в кратчайшие сроки.

— Не так много, но это может кое-что объяснить.

Врей отодвинул с края стола в центр небольшую стопку бумаг.

— Завещание? — нахмурился Иерхарид.

— Да, завещание сарены Ава̀ны Холлый, матери госпожи Лийриши. Согласно этому завещанию, по достижению тридцати лет девочка станет очень-очень богатой женщиной. И её семье от этих богатств не достанется ни гроша.

Иер подался вперёд, приготовившись внимательно слушать.

— Авана вышла за Рони Холлыя в очень юном возрасте. Её отец, сарен Збан До̀вый, был против этого брака. Род Холлый к тому моменту не мог похвастаться богатством и постепенно беднел, и Збан считал Рони охотником за приданым. Кроме приданого, дочери по завещанию причиталось солидное наследство. Рони и Авана всё равно поженились, и разозлённый старик отказался отдавать приданое дочери и вычеркнул её из завещания. К сожалению, он, похоже, был прав и Рони оказался охотником за приданым, так как после свадьбы он резко охладел к жене и поговаривали, что он не очень хорошо относился к ней. Тем не менее у них родилась дочь. Через год после рождения Лийриши Авана обратилась к отцу за помощью, я пока не дознался, в чём эта помощь должна была заключаться, но Збан отказал. Мол, неси ответственность за свой выбор сама. И после этого случая пошёл разлад в семье Довый: двоюродная прапрабабка Аваны была возмущена поступком Збана и всё своё завещание переписала на двоюродную праправнучку, на Авану. А это весьма солидное состояние. Если вы помните сарена Ита̀ра Довый, — Иерхарид изумлённо вскинул глаза, — то вот эта прапрабабка — его жена. Муж после смерти оставил ей и детям огромное состояние. Настолько огромное, что дети не стали возражать, когда мать завещала свою часть Аване. Помимо денег в завещании была указана малая сокровищница рода Довый, роскошный дом в Жаанидые, богатая усадьба в окрестностях столицы, драконья ферма в предгорьях Сумеречных гор, кусок земли у северо-восточной границы и даже доля в алмазном руднике в Рирѐйских горах. И ещё кое-что по мелочи. За давриданских принцесс дают меньше.

— Ого, — выдохнул Иерхарид.

— Прапрабабка благополучно скончалась через год, не позволив Збану себя переубедить, и Авана стала обладательницей огромного состояния. Но к тому моменту её здоровье было сильно подорвано и ухудшалось всё стремительнее. Это только предположение, но, возможно, Рони пытался добраться до её состояния… — Врей многозначительно приподнял брови. — Но после смерти жены он оказался в очень затруднительном положении. Авана составила завещание, в котором указала только свою дочь. Состояние должно перейти к Лийрише, когда той исполнится тридцать лет. До этого времени оно передано в управление Жаанидыйскому банку, и его управляющие очень строго соблюдают все условия завещания.