Книга Салейские хроники, страница 29 – Екатерина Гичко

Когда небо на востоке порозовело, суматоха в парке утихла. Лийриша, завернувшись в одеяло, сидела на подоконнике и смотрела, как слуги возвращаются во дворец. Неожиданно до её слуха донёсся стук, и она сперва вздрогнула, вообразив, что стучатся к ней, но потом поняла, что звук слишком далеко. В гостиной раздались голоса — обеспокоенный, непонимающий — отца и суровый — какого-то незнакомого оборотня. Послышались шаги, и в следующий миг Лийриша опять замерла от страха: постучали уже к ней.

— Лийриша, ты встала? — спросил отец.

Та сперва спустилась с подоконника, потом трясущимися руками начала открывать окно. Но, опомнившись, замерла.

— Ещё нет, — сонным голосом отозвалась она.

— К тебе посланник от хайнеса.

При посторонних отец будет вести себя образцово. Лийриша приободрилась, но потом засомневалась. А не врут ли ей?

— Госпожа, меня зовут Винѐш. Я лекарь хайнеса, Сильнейший настоятельно просил навестить вас. Вроде бы вы вчера подвернули ногу.

Лийриша затряслась. Она не подворачивала ногу. Мало того, она вчера вечером отплясывала на балу. Ей врут! Девушка опять схватилась за ручку окна и дёрнула на себя.

За дверью раздалось спокойное и уверенное:

— Ломаем.

Створка с хрустом распахнулась от первого же удара, и Лийриша на мгновение замерла, смотря на слегка ошарашенного отца, кряжистого могучего мужчину с широким небритым лицом, молодого светловолосого оборотня, замершего с поднятой ногой, и двух женщин в коричневых платьях с белыми передниками.

— Госпожа Лийриша, — вкрадчиво пробасил кряжистый, — нам нужно кое-что обсудить.

Иерхарид направился в малое гостевое крыло сразу же, как отдал все необходимые распоряжения относительно предстоящей казни разбойников, посмевших назвать себя хозяевами Дрѐи. Врей едва поспевал за ним.

— Винеш, наверное, уже осматривает её, — попытался утихомирить нетерпение господина помощник. — Он сразу направился сюда, как только охрана донесла, что девчонка вернулась.

— Потерять одну девочку в парке! — хайнес разъярённо зыркнул на помощника, и тот виновато опустил глаза, хотя за ним вины-то не было.

— Простите. Говорят, она так рыдала, что наши не выдержали и решили дать ей возможность побыть в уединении.

— Трусы! — обличил Сильнейший слабаков, боящихся женских слёз.

Надо было ему самому хватать девчонку в лапы и по воздуху тащить к Винешу. И Тёмные с тем, что она голая!

Перед глазами опять предстала медленно поворачивающаяся Лийриша. Иерхарид даже не сразу понял, что увидел. Через звериное сознание увиденное воспринимается несколько иначе, медленнее. Решил, что девчонка испачкалась. Но эта страшная, расползающаяся по телу чернота оказалась не грязью!

Озноб прошёлся по коже от одного только воспоминания. И как она…

По коридору прокатился разъярённый женский визг, и мужчины, не сговариваясь, перешли на бег.

Когда Иер ворвался в покои семейства Холлый, то застал ужасную картину. Винеш, ругаясь на чём свет стоит, пытался отодрать от своей руки намертво вцепившуюся зубами Лийришу. Ему старался помочь молоденький ученик, но девчонка брыкалась и пиналась и, видимо, очень удачно: нос у парня уже был расквашен. Помощницы суетливо носились вокруг, не рискуя ввязываться в потасовку, но и не желая бросать господина лекаря. Чуть поодаль стоял растерянный сарен Рони, в дверях спальни замерла обескураженная сарена, за спиной которой боязливо переминались дочери.