Книга Неспокойные артефакты Эм/ Как я влюбилась в дознавателя, страница 25 – Анна Каляда

— Лирена. Хорошо, что вы здесь.

— Я же ваш эксперт, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал буднично. — Куда вы без меня?

— Никуда, — ответил он, и прозвучало это так просто, что я на мгновение забыла, зачем мы здесь.

Дверь открылась, и Марта, бледная, но решительная, провела нас в гостиную. На столе лежала старая картонная папка, перевязанная выцветшей лентой. Рядом — фотографический снимок, пожелтевший от времени, но всё ещё чёткий.

— Вот, — сказала Марта, и её голос дрожал. — Я нашла. Это студенческая карточка Орлана. Двенадцать лет назад.

Я взяла фотографию. С неё смотрел молодой мужчина — чуть за двадцать, с резкими чертами лица, тяжёлым подбородком и холодными светлыми глазами. Взгляд был прямым, почти вызывающим, а тонкие губы изогнуты в усмешке, которую я бы назвала презрительной. Он не выглядел как безумец. Он выглядел как человек, который точно знает, чего хочет, и не собирается спрашивать разрешения.

— Орлан Кросс, — прочитал Рас через моё плечо. — Исключён за неэтичные эксперименты. Через год после выпуска признан погибшим при пожаре. Тело не опознано.

— Тело не нашли, — поправила Марта. — Пожар был странным. Слишком сильным для обычного дома. И слишком вовремя.

— Теперь мы знаем, как он выглядит, — сказал Кёртис. — Это уже кое-что.

— Это больше чем кое-что, — возразил Рас. — Теперь мы можем опросить всех, кто с ним контактировал.

Марта покачала головой.

— Его однокурсники разъехались кто куда. Преподаватели, которые его помнили, уже на пенсии. А те, кто знал его близко… — она запнулась. — Был один человек. Мой ассистент в те годы. Молодой, способный. Он помогал мне с чертежами, когда я ещё работала над вытягивающим плетением. И он же был единственным, кроме меня, кто знал схему до того, как Орлан её украл.

— Кто он? — спросила я.

— Его звали Тобиас Вэлл. Но он пропал через год после пожара. Просто исчез.

— Ещё одно имя, — пробормотал Кёртис, делая пометку в блокноте. — И ещё одна загадка.

Рас взял фотографию и долго вглядывался в лицо Орлана Кросса.

— Я разошлю этот снимок по участкам. Если он жив, кто-то должен был его видеть.

Марта поднялась и сняла с полки ещё одну папку — толстую, в тканевом переплёте.

— Вот, — она протянула её мне. — Здесь все мои старые чертежи. Оригинальная схема вытягивающего плетения, рабочие записи, правки. Если Орлан переделал мою разработку в оружие, вы должны понять, как именно. Это поможет вам искать другие взломанные артефакты.

— Спасибо, — я прижала папку к груди. — Мы изучим каждую страницу.

Когда мы вышли от Марты, солнце уже перевалило за полдень. Кёртис распрощался и отправился в управление, а мы с Расом молча дошли до лавки. Я отперла дверь, повесила сумку и устало опустилась на стул для клиентов. Рас остался стоять у прилавка.

— Сегодня предлагаю разобрать записи Марты, — сказал он, кивнув на папку. — Чем быстрее мы поймём, как именно Орлан переделал её схему, тем быстрее выйдем на него.

Я перевела взгляд на прилавок. Деревянные заготовки громоздились вперемешку с мотками проволоки и пузырьками лака. Готовые браслеты ждали зарядки уже третий день. Записки от клиентов, рассованные по щелям, вопили мятыми уголками.

— Рас, — я вздохнула, — я бы рада. Но посмотрите на это. У меня заказы, которыми я не занималась уже несколько дней. Клиенты скоро начнут ломиться в дверь.