Книга Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства, страница 21 – Ирина Романова

Вернулась к месту на берегу, где дорога исчезала под водой. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь плеском волн и шелестом камыша. Присела на корточки и опустила руку в прохладную прозрачную воду. Ощутила легкое сопротивление, будто земля отозвалась на мой зов. Мне нужна была насыпь, чтобы могла проехать тяжело нагруженная подвода и пара верховых лошадей.

Вода вокруг меня зашевелилась, словно живая. Мелкие волны начали расходиться в стороны, образуя круг. Поверхность пошла рябью, и появились первые признаки движения. Камни, скрытые под толщей воды, стали всплывать, словно пробуждаясь от долгого сна. Они двигались медленно, но безостановочно, подчиняясь невидимой силе.

Глина, смешиваясь с камнями, начала формировать плотную, утрамбованную дорожку. Она увеличивалась, расширяясь, и вскоре передо мной протянулась узкая, но вполне проходимая тропинка.

Я поднялась на ноги и с удивлением посмотрела на результат своего «заговора». Дорожка уплывала вдаль, разбивая туман, словно скатерть, и открывала взору очертания противоположного берега. Оказывается, здесь земли было гораздо меньше, чем там, где стояла изба… Видимо, то место было сердцевиной болота.

Вода вокруг тропинки оставалась спокойной, словно смирившись с ее существованием. Я сделала шаг вперед, и под ногами раздался легкий хруст утрамбованной глины. Дорожка была прочной и надежной, и я знала, что она выдержит вес подводы и лошадей.

Туман стал рассеиваться, и солнечные лучи пробились сквозь облака, освещая новый путь. Я почувствовала прилив сил и уверенности, видя, что справилась с задачей. Теперь я могла возвращаться в лагерь. Тяжелораненым нужно было уезжать в столицу…

Заодно сообщу воеводе, что застава больше не нужна.

— Чего вскочила? Вчера же сил совсем не было… – раздался усталый голос Венцеслава.

Я не слышала, как он подошел, – увлеченно наблюдала, как очищается вода вдоль дороги. Будто сама природа пыталась избавиться от остатков тьмы. Теперь рядом со мной стоял все тот же молодой царевич, а не старик, которого я видела в спальне.

— Сегодня мне лучше, – ответила я, глядя на него. – Ты ведь понимаешь, что тьма в тебе сильна, а чуждое уже заняло большую часть души?

— И ты, конечно же, знаешь, как меня от этого избавить? – Его губы изогнулись в ухмылке, а глаза насмешливо блеснули. – А может быть, я не хочу?

— На то твоя воля, – сказала я, подавляя дрожь в голосе. – Захочешь – путь ко мне найдешь, не маленький!

— И куда же ты собралась? – Голос Кощея стал холодным как лед. – Разве я тебя отпускал?

Царевич шагнул ближе, протягивая руку, но я резко отмахнулась от него, словно отгоняя наваждение.

— Не трогай меня! – сорвалась на крик. – Я ухожу!

Венцеслав замер. Его глаза снова приобрели знакомый голубой цвет, и гнев в них сменился разочарованием.

— Уходи, – сказал Венцеслав почти шепотом. – Только знай, я найду тебя…

В следующий миг он уже барахтался в воде, распугивая лягушек и мальков. Его отчаянные движения выглядели смешно и нелепо, но в этом хаосе было что-то завораживающее. Стоило только мне пожелать…

— Охладись маленько, – кивнула я, стараясь сохранять спокойствие. – Не твоя я, моя судьба уже решена!

Вернулась в лагерь, где воздух был наполнен запахами лекарств и горячего питья. Воевода, Никита Ванутич, стоял у стола, помогая раненым. Его лицо было напряженным, но в глазах читалась решимость.