Книга Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства, страница 24 – Ирина Романова

Прошло десять дней с тех пор, как я ушла из лагеря и решила посвятить себя служению миру. Я обживалась в доме, изучая в нем каждую трещинку, каждый уголок. Собирала травы, которые должны были помочь мне в моей миссии.

Чистила болото, убирала грязь и тину, строила дорожку до ближайшей деревни. Словно при помощи заклинания, я загоняла мертвую воду в одно место, формируя из нее небольшое масляное пятно. Зло просто так не искоренить – я знала, что оно еще вернется. Но я была нужна не только этому месту, но и людям, которые ждали моей помощи.

На заставу ходила зайчиха – Прасковья. Я в упор не хотела видеть одного наглого царевича, который совсем зазнался.

И вот, на десятый день, когда ночь уже окутала землю своим темным покрывалом, что-то ухнуло за окном. Внезапно раздался гулкий рев, от которого даже стены задрожали. Я замерла, сердце забилось быстрее. Что это? Кто или что потревожило тишину?

Посмотрела в окно, вглядываясь в темноту. Я чувствовала, что там, в ночи, скрывается что-то огромное и опасное. Что-то, что может изменить мою жизнь навсегда.

Охваченная тревогой, я выскочила на порожек дома. В ночной тишине, когда даже ветер не смел нарушить покой, до меня донесся странный, дикий рев. Я посмотрела в ту сторону, откуда он исходил, и так и застыла. На горизонте разливалась огненная заря, словно сама природа восстала против ночи.

— Прорыв… – прошептала я, глядя на испуганную зайчиху, которая прижалась ко мне. – Я не уверена, что справлюсь одна. Мертвой воды еще так много… Болото огромное, я не могла обойти его за это время.

— На заставу надо! – пискнула Прасковья, ее большие глаза блестели от страха.

— Давай сходим и посмотрим, что там, чтоб зазря никого не тревожить… Чудится мне в этом реве детский плач… Аж сердце закололо! – Внутри все сжалось от дурного предчувствия, и я стиснула зубы.

— Я не пойду… Страшно! – попятилась зайчиха, ее лапки дрожали.

— Да я и сама схожу! – отмахнулась от нее, не желая показывать, что тоже боюсь.

Быстро метнулась в избу, натянула сарафан, сапоги и повязала платок на голову. Сердце почти выпрыгивало из груди, но я не могла позволить страху взять верх.

Я поспешила к воде, чувствуя, как холод пробирается под одежду. Присела на корточки и поднесла к ней руку. Под пальцами стала подниматься рябь.

— Кочки, кочки, отзовитесь… – прошептала я, стараясь не думать о том, что может скрываться в глубине.

Как я не люблю скакать по этим проклятым кочкам! Жуть…

Луна светила ярко, но ночь по-прежнему оставалась темной, зловещей. Кочки начали образовывать дорожку, и я побежала, чувствуя, как душа уходит в пятки. Никогда раньше я не ходила в ту сторону, но сейчас это было неважно. Я должна была узнать, что там происходит, и помочь, если смогу.

В темной поверхности огромного болота отражались звезды. Каждый шаг давался с трудом: порой кочки проваливались, и я едва могла удержаться на ногах. Но я продолжала бежать, и внутри меня разгорался огонь решимости.

«Я справлюсь… Я должна…» – повторяла мысленно, стараясь не слушать дикий рев, который все еще доносился откуда-то издалека, но уже тише.

Добежав до первого островка, я рухнула на мокрую землю. Сердце колотилось как бешеное, грудь разрывалась от недостатка воздуха – я задыхалась от быстрого бега. Надо, наверное, попросить лодку, одновесельную… Ну, куда так надрываться?