Книга Дорога, которой нет, страница 46 – Мария Воронова

— Что ж, логично, – сказал Тимур и потянулся за третьим бутербродом.

Ирина посмотрела на него с удовольствием. Ей нравились люди, которые непринужденно едят в гостях.

— Когда стирается грань между правдой и антисоветчиной, без перестройки уже не обойдешься, – вздохнула она.

Гортензия Андреевна посмотрела строго, но ничего не сказала.

— А остальные ваши рассказы? – спросила Ирина.

— К этому больше всего придирались, остальное так, по мелочи. Я вообще-то никогда не ставил себе задачи что-то там опорочить, просто писал, как люди живут. Но суть не в этом. Первое время я тоже думал, что, наверное, Кира меня просто обманула, хотя, зная ее порядочность, верил в это с огромным трудом. Только чудес тоже не бывает, думал я, и если я про себя точно знаю, что ничего в Америку не отсылал, то это сделала она, больше-то некому. А потом поостыл малость да и сопоставил сроки, и знаете что?

— Что?

— Последний раз Кира летала к родителям на летние каникулы, а рассказ я написал только в конце сентября! Как она могла передать в редакцию текст, не существующий на тот момент в природе?

— Но я так поняла, что в реальности дело происходило зимой? – спросила Гортензия Андреевна.

— Да, но я не люблю писать по горячим следам, лучше, чтобы оно улеглось, выкристаллизовалось, тогда становится видна идея…

— Похвально, – перебила Гортензия Андреевна. – Но зато невозможно доказать, что вы написали рассказ после отъезда Киры, раз само событие произошло задолго до.

«Слишком плохого мнения Гортензия Андреевна о советском правосудии, если думает, что оно не нашло бы способ обойти этот момент, – усмехнулась про себя Ирина, – сначала написал рассказ, а потом случилось в реальности, представляете, как совпало? Искусство меняет жизнь, ничего особенного».

— Послушайте, Тимур, – мягко сказала Гортензия Андреевна, – не буду скрывать, вы произвели на нас с Ириной Андреевной хорошее впечатление, и я надеюсь, что мы проведем лето на даче к обоюдному удовольствию. Да, Ирочка?

— Да-да, конечно. Места хватит.

— Всем будет спокойнее, если вместе с женщиной с тремя маленькими детьми поживет ответственный человек, к тому же еще и медик.

— Рад служить, – улыбнулся Тимур.

— Но я надеюсь, вы поймете, что для полного спокойствия нам необходимо навести о вас справки на стороне. Надеюсь, это не покажется вам оскорбительным.

— Не покажется.

— Ирина Андреевна, безусловно, доверяет мужу, а я человек старой закалки…

— Слушайте, это ваш дом, поэтому я даже не обижусь, если вы меня пинком выставите за порог.

Гортензия Андреевна поправила свою незыблемую прическу:

— Надеюсь, до этой крайности не дойдет, а пока мне хотелось бы поговорить с Кирой Сухаревой. Подскажите, пожалуйста, как с ней связаться?

Замявшись на секунду, Тарнавский сказал, что после освобождения заходил к ней, но оказалось, там живут другие люди, которые не знают ее нового адреса. Тимур решил, что это к лучшему, пусть прошлое остается в прошлом, и больше не наводил справок о Кире.

Прощаясь, он сказал, что Кирилл должен знать, где ее искать, потому что поддерживал девушку в трудное время, отчего Ирина почувствовала легкий укол ревности. Совсем легонький, мимолетный и даже немножко приятный. Совсем не та буря чувств, что прежде, с Полиной Поплавской. Гордиться надо, что твой муж в молодости был такой клевый парень, что к нему тянулись все самые передовые девушки города Ленинграда, а не страдать!