Книга Мужчина в тени, страница 31 – Мария Воронова

После коротких препирательств картошку решили все-таки поджарить.

— Заодно и Петровичу ужин будет, — заметил Ян, вооружая Зою маленьким ножиком и фартуком в легкомысленный цветочек.

Чистить сели все втроем, еле разместившись в крохотной кухне. Зоя быстро втянулась в работу, она вообще не любила просто так сидеть без дела.

Если бы объявили конкурс на лучшего чистильщика, без сомнений победил бы Ян. Жюри выставило бы ему высшие оценки и за скорость, и за мастерство. Зоя шла следом за ним с небольшим отрывом, а вот Диму не пропустили бы даже в четвертьфинал. Похоже, он вообще первый раз в жизни взял в руки кухонный нож.

Зоя улыбнулась. Последний раз она так не умела чистить картошку лет в пять. Максимум в шесть.

«Лишь бы пальцы себе не отрезал», — подумала она с нежностью.

До сегодняшнего дня Зоя не знала, что картошка может быть самостоятельной едой. Только гарниром. Гости редко заглядывали без приглашения в родительский дом, но всегда находилось, чем их встретить. Всегда в холодильнике имелся сыр, колбаса, несколько банок консервов, в буфете хранился солидный запас конфет, мама почти каждый день пекла что-нибудь к чаю. Благодаря дедушке, пережившему блокаду, в семье сохранялось уважительное, бережное отношение к еде. Например, никогда, ни при каких обстоятельствах не выбрасывали хлеб. Сушили сухари для панировки, или мама делала хлебный пудинг, или котлеты. Не доесть тоже считалось грехом, мама раскладывала порции по принципу: лучше попросить добавки, чем оставить на тарелке. Продукты берегли, но не экономили.

Короче говоря, вкусная еда дома не переводилась, так же как и у подруги Лизы, и у родительских друзей.

Такого, чтобы она пришла в гости к Лизе, например, а та бы от всей души предложила хлеб с картошкой, невозможно себе представить. А у Яна и Димы это, похоже, в порядке вещей.

Теоретически Зоя знала, что ее семья живет намного лучше большинства людей, что такие блага, как просторная квартира в центре, где у каждого члена семьи своя комната, дача на Карельском перешейке, солидная «Волга» у папы и юркие «Жигули» у мамы, доступны лишь единицам советских граждан, что в магазинах продается далеко не та еда и одежда, к которой она привыкла с детства, но проблемы социального неравенства интересовали ее меньше всего.

Когда ты сама и все твое окружение живете в достатке, естественно, кажется, что это нормальная жизнь нормальных людей. А у кого не так, те сами дураки и лентяи. Однако же Колдунов совершенно точно не лентяй, и дураком его не назовешь…

А как живет Дима? Неужели в такой же тесноте и убожестве?

Пока она раздумывала над несовершенством мира, Колдунов зажег газ, с грохотом поставил на плиту огромную чугунную сковородку и в ожидании, пока она как следует раскалится, стал быстро нарезать картошку аккуратной соломкой. Нож мерно стучал по разделочной доске.

Зоя вымыла руки и сняла фартук.

— Вот так, — сказал Ян, не оборачиваясь, — растишь-растишь хирурга, душу вкладываешь, делишься всем, что знаешь, а он бац и выходит замуж.

— И что?

— И все.

— Мы вообще-то не фанаты домостроя, — улыбнулся Дима, — и в курсе, что женщина тоже человек.

— Вот именно, — поддакнула Зоя, испугавшись, что Ян больше не будет учить ее работать.

— Конечно, но семейному человеку-женщине намного тяжелее, чем человеку-мужчине, — вздохнул Ян, — все нормальные хирурги, которых я знаю, домой ходят только есть и спать, а у женщины при всем желании так не получится.