Книга Контрабанда. Я нашла оборотня!, страница 9 – Майя Нур

Теперь она смотрела на него иначе. Не то чтобы с подозрением, потому что подозрение требует доказательств, а с тем особым вниманием, которое бывает, когда знаешь, что нужно смотреть, но ещё не знаешь, что именно ищешь.

Он прошёл мимо её стойки.

— Доброе утро, Ярина, — бросил Бусыгин на ходу.

— Доброе утро, Артём Сергеевич.

— Ничего необычного за ночь?

Она подняла на него спокойный взгляд.

— Всё по графику. Один контейнер с повреждённой пломбой при разгрузке. Рапорт уже внесла.

Бусыгин задержал на ней взгляд всего на секунду.

— Хорошо. Продолжайте работать.

Он пошёл дальше.

Ярина смотрела ему вслед ещё несколько мгновений. Ни один из них не изменил темпа движения, и в этой обыденности обмена было что-то, что ей потребовалось несколько секунд, чтобы опознать: облегчение. Он ещё не знал, что она знает. Или хорошо делал вид.

Она добавила и этот вопрос в список тех, на которые у неё пока не было ответа, перевела взгляд обратно в документы и сделала мысленную пометку, которую позже бережно перенесёт в маленький бумажный блокнот, купленный этим же утром по дороге в порт. Блокнот, существование которого не отражалось ни в каких цифровых системах.

Вечером, когда смена закончилась и коллеги разошлись по домам, она снова пришла к старому складу, принеся еду, дежурный набор из ближайшего круглосуточного магазина, без особых раздумий над меню, потому что думать сейчас было нужно о другом.

Радим выглядел значительно лучше, чем накануне ночью: следы побоев на лице почти исчезли, движения стали увереннее, и тот прищуренный, оценивающий взгляд, с которым он встретил её появление, уже не содержал в себе немой расчёт соотношения сил между ними, скорее просто настороженность человека, у которого ещё нет достаточно оснований, чтобы расслабиться.

Она поставила пакет на ящик.

— Решила проверить, не умер ли ты с голоду.

Он посмотрел сначала на пакет, потом на неё.

— Если это попытка меня откормить, предупреждаю сразу: план слабый.

— Это попытка не дать тебе свалиться по дороге, если придётся бежать.

Уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Вот теперь звучит разумнее.

Она рассказала ему о Бусыгине.

— Сегодня утром он сам пришёл в терминал. Без причины. Просто появился.

Радим молча выслушал.

— Значит, причина была, — сказал он наконец. — Такие люди редко ходят проверять контейнеры из любопытства.

— Думаешь, он связан со схемой?

— Не знаю. Но в таких делах всегда есть местный смотрящий. Тот, кто отвечает за участок. Следит, чтобы товар дошёл до следующего звена без потерь. Если Бусыгин занервничал после исчезновения контейнера, я бы начал именно с него.

Именно тогда Ярина достала блокнот и положила его на ящик между ними.

— Предлагаю перестать держать всё в голове.

Она раскрыла первую страницу.

— Начнём собирать всё, что знаем.

Это маленькое, почти символическое действие, общий блокнот, начатый пустым и ждущий первых записей, стало, пожалуй, настоящим моментом их сотрудничества, куда более весомым, чем вчерашнее молчаливое согласие в темноте склада.

Радим посмотрел сначала на блокнот, потом на неё.

— Бумага, — негромко сказал он. — Не телефон.

— Телефоны умеют болтать слишком много.

— Уже начинаешь мне нравиться, таможенница.

— Не привыкай.

— Даже не собирался.

Впрочем, в голосе его прозвучало куда меньше колючести, чем раньше.