Книга Бремя власти IV, страница 36 – Иван Ладыгин

— Щиты на максимум! Все маги — к усилению оболочки! — проревел Игорь Железный Ветер. Его лицо исказилось гримасой страха. Охотники, матерясь во всю глотку, бросились выполнять приказ, их ауры вспыхнули, сливаясь в дрожащее, многослойное полотно защитных чар. Грянули пушки — стрелки метили в центр аномалии.

Но это не помогло. Вернее, помогло ровно настолько, чтобы мы не испарились в первую же секунду.

«Соколика» схватила невидимая рука и потащила в самую гущу этой сияющей бури. Давление сжало корпус так, что переборки затрещали. По металлу поползли причудливые узоры инея — да не простого, а магического, пронизанного смертоносной энергией взбесившихся небес! Температура в кабине мгновенно упала. Дыхание стало вырываться клубами пара.

— Пушки бесполезны! — крикнул кто-то. — Стреляем впустую!

Валерия, вцепившись в мою руку, выбросила ладонь вперед. От ее пальцев потянулись ледяные прожилки, пытаясь создать вокруг корабля дополнительный панцирь. Но ее чары, столкнувшись с искаженной природной стихией, отреагировали непредсказуемо. Ледяные щиты не укрепились, а, наоборот, взорвались миллиардом осколков, которые тут же были втянуты в воронку, усиливая и без того чудовищную бурю.

— Прекрати, дорогая. — спокойно сказал я ей. — Ты только подливаешь масла в огонь.

Она отшатнулась, пораженная. В ее глазах читался ужас и беспомощность. Она была воином, привыкшим биться с плотью и кровью, а не с безумием мироздания.

Дирижабль бросало из стороны в сторону. Снаружи ревело, скрежетало и пело ледяной песней смерти. На палубе люди цеплялись за все, что можно было зацепиться, пытаясь не разбиться о переборки. Песец, прижатый к штурвальной колонке, хрипел что-то невнятное, его лицо было багровым от усилия. Мухтарыч читал какую-то гортанную, древнюю молитву, но его голос тонул в общем хаосе.

Я закрыл глаза, отключив все лишнее. Боль. Страх. Вопли команды. Ледяной холод, пробирающий до костей. Я активировал Абсолютное Зрение, вглядываясь в самую суть аномалии. Это было все равно что смотреть на солнце через увеличительное стекло. Боль обрушилась на мозг мгновенно, острой, раскаленной спицей. Но я не отводил взгляд. Я искал. Ритм. Закономерность. Смысл в безумии.

И я нашел его. В самом сердце этого сияющего хаоса пульсировало ядро — сгусток чистейшей, нестабильной энергии, который то сжимался, то расширялся с чудовищной силой, как сердце бога, сошедшего с ума. Оно и было двигателем этого апокалипсиса.

— Все маги! — мой голос прорвался сквозь рев и скрежет, негромкий, но не допускающий возражений. — Ко мне! Сейчас!

Охотники повиновались инстинктивно. Их взгляды, полные вопроса, уставились на меня.

— Слушайте мой отсчет! — я чувствовал, как кровь из носа струится по губе, горячая и соленая. Абсолютное Зрение пожирало остатки моих сил с чудовищной скоростью. — Ядро аномалии пульсирует! На счет «три» оно сделает выброс! И этот момент — все, что у нас есть! Бьем не в ядро! А в саму энергию! Толкнем! По касательной! Мы должны использовать его же силу, чтобы вылететь из этой воронки! Как из катапульты!

— Это безумие! — крикнул Игорь. — Мы взорвемся!

— Иначе мы умрем наверняка! — парировал я. — Валерия, Игорь — вам главный импульс! Остальные — усильте их! Готовы⁈

Я видел, как они переглядываются. Видел животный страх в их глазах. Видел секунду сомнения. Но они были ветеранами. Они привыкли доверять тому, кто сильнее и спокойнее в момент кризиса.