Книга Системный Кузнец XIII, страница 85 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Бегом это назвать трудно. Стопы его едва касались чешуи, потоки ветра несли тело над хребтом, и Лейв собрал себя вокруг одного, к чему шёл — дойти до точки и ударить. Всё вокруг расплывалось в смазанную полосу, гребень шипов мелькал справа, тёмная вода неслась слева, и в этом хаосе он держал направление чутьём, каким обычно различал ветер. Всю тушу он прошёл за несколько ударов сердца.

Узел сидел ниже. Чтобы достать до него, надо было спуститься на бок, над водой. Потому что бить в упор неудобно, наискось, против руки. К тому же, снаряд не наберет достаточную скорость, чтобы войти.

Лейв сделал рывок вбок.

Он угадал поток раньше, чем тот пришёл, дождался его и резко прыгнул, повиснув над водой, паря на струе, увидел сбоку зверя то самое место, где бронированная жила подходила ближе всего к груди. Он ударил собственной Ци ветра в противоход естественной струе, идущей от туши, и застыл в воздухе, выровнявшись.

Вот она.

Болт лежал на изготовке, и думать было некогда, рука работала на чутье и на даре. Лейв метнул, вложив в бросок весь поток. Ветер обхватил снаряд, поволок, и руны на пояске вспыхнули разом — этот кузнец сделал всё верно, потому что без рун болт разорвало бы прямо в полёте, а он шёл по дуге, как и было задумано.

Держаться в воздухе дольше Лейв не мог. Он оттолкнулся от струи, разворачивая себя обратно к спине зверя, и ветер понёс его, а болт в это время дошёл до точки и вошёл.

Лейв видел это.

Снаряд не встретил сопротивления, погрузился в чешую мягко, ушёл целиком, и над тем местом сомкнулась тёмная броня, словно он канул в воду. Лейв опускался на хребет, успел вдохнуть, выдохнуть, прислушался к тому, что сделает железо.

Сперва тишина.

Потом ударило гулко и глубоко. Лейва подбросило с хребта вверх, и он поймал поток, чтобы вернуться. Левиафан издал пронзительный рёв, от которого все струи в воздухе сорвало с привычных мест и понесло вкривь, Лейв ощутил эту перемену кожей.

Ждать он не стал.

Уверенности в том, что болт лёг точно в узел, у него не было — снаряд мог войти рядом, мог зацепить край. Он прыгнул снова, ветер подхватил его, и тут струи от дыхания зверя, бешеные и неподвластные ничьей воле, поволокли тело дальше, чем он рассчитывал, собственная Ци не справилась.

— Чёрт, — выдохнул Лейв.

Он выбросил мощный толчок воздуха, удержался на месте, и рука уже тянулась через плечо за новым болтом. В боку зверя, там, где вошёл первый, набухало огромное красное пятно, пульсирующее и живое. Море под ними кипело, и Лейв увидел впереди корабль-наживку у самой пасти. Левиафан в ярости смял эту скорлупку, обратив её в щепу одним движением челюстей.

Лейв занёс второй болт.

Он метил в ту же точку, чуть левее, потому что теперь сквозь красное свечение различал прозрачные нити, тонкие русла Ци, сходящиеся к одному месту, видел узел, и понимал, что в первый раз промахнулся, хотя промахом этим разворотил зверю всё нутро.

Бросок.

И снова огромное усилие, чтобы вернуться на спину. Левиафан выбросил из себя столько Ци разом, что по чёрному небу на миг прошёл странный отблеск, фиолетовый. Лейв не дотянул до хребта, схватился за чешую обеими руками и повис.

— А-а-агх! — вырвалось у него.

Под ладонями ударило новым взрывом, чешуя завибрировала, и Лейв удержался с трудом, вжимаясь в стык брони всем телом.