Онлайн книга «Системный Кузнец XIII»
|
Пятьдесят золотых — сумма, на которую можно открыть мастерскую в городе с горном, наковальней, двумя помощниками и годовым запасом угля. И еще очень долго жить безбедно. Сумма, на которую можно нанять учителя для прорыва. Прорыв на Пробуждение — самая высокая стена, какая стоит перед практиком, если не считать того, что дальше, но о том, что дальше, я и не слыхивал даже. Не знал, какие там ступени, какая последовательность стадий, так что пока меня интересовало лишь Пробуждение. Я слышал об этом ещё в Чёрном Замке от мастеров Горнила. Слышал в Бухте от заезжих травников. Слышал от Брока. Все говорили примерно одно: барьеры Закалки, даже самые тяжёлые, рядом с этой стеной кажутся кочками на ровной дороге. Многие умирали в момент перехода, разрываясь изнутри. Многие сходили с ума, превращались в безмолвные оболочки. Многие просто застревали и до старости топтались на девятой ступени, не в силах сделать последний шаг. С деньгами этот шаг проходишь не один — с учителем, с подготовленной алхимией, с правильным местом. Без денег его проходишь голым перед лицом собственного предела. Я ссыпал монеты обратно в мешочек, затянул шнурок и сунул за пазуху, под рубаху, во внутренний карман. К серебру и меди, что уже лежали там. Всё при мне. Восемнадцать золотых на руках, ведь одну монету я оставил Ульфу. Серебра горсть. Где это хранить дальше — отдельный вопрос. В Лиге есть банки, в Валь-Ардоре они принимают вклады под расписку с печатью. В мирное время это надёжно, но сейчас, когда альдорийцы стоят в проливе, а Каганат развернул паруса сюда, лучшие банки Лиги могут оказаться пустыми коробками к зиме. Так что пусть пока всё лежит у груди — думать про сохранность буду после полудня, когда сдам партию. Теперь нужно переходить к делу. Подошёл к двум масляным лампам у верстака, проверил уровень в каждой. В одной фитиль уже плыл по поверхности, так что я снял колпачок, долил из глиняного жбана, затем по привычке обтёр пальцы тряпицей. Вторую долил тоже на всякий случай, чтобы потом не отвлекаться. Взял первый образец — тот, что из дикого каменного железа. Положил на плиту и подбил по бокам тряпицами, чтоб не сдвинулся. Снять лёд оказалось сложнее, чем нанести. Корка тонкая, но под ней спит паста с дроблёным кварцем, а в кварце спит огонь, которому только повод дай. Если перегреешь точку — кварц рванёт, ну а если зацепишь Ци руну, особенно Хагалаз, амальгама проснётся раньше срока и съест наконечник вместе с пальцами. [Рекомендация: метод направленного нагрева открытой ладонью. Дистанция 2–3 см, температура 60–80°C, длительность плавления одного сегмента — 4–5 секунд.] Сам шёл в эту сторону мыслями — конечно нельзя греть сильно. Поднёс ладонь над первой гранью, подтянул тонкую струйку Огненной Ци ладони. Лёд стал терять матовость, поплыл, и я успел вовремя приподнять ладонь, чтобы вода не побежала по пасте. Промокнул тряпицей. Сухим краем ткани собрал капли, не задев слоя пасты. Следующий сегмент, потом еще один. На четвёртой пришлось остановиться: чувствовал, как Хагалаз под коркой начинает откликаться на тепло. Пальцы ушли в сторону, я выдохнул, переждал десяток секунд, а когда руна успокоилась, продолжил. Через минут десять корка сошла. Под ней лежала паста, ровно как я её клал. Хорошо. Затем вновь осторожно нанес Ци льда, как делал это в прошлый раз. Мне нужна новая, свободная от рун, чистая корка. Все прошло хорошо и времени потратил сильно меньше, чем в прошлый раз — видимо, приноровился. |