Книга Системный Кузнец V, страница 80 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Сделал паузу, заставляя старика слушать.

— Скажите, вы всё еще готовы сражаться за спасение провинции?

Мужчина ел, медленно пережевывая мясо и запивая вином — игнорировал меня мастерски, как пустое место.

— Теперь, мальчик… — вдруг тихо произнес Торгрим, не прекращая жевать. — Нам с тобой не о чем беседовать.

Я не повел и мускулом.

— Почему?

— Потому что я не имею дел с глуцами, — ответил Каменное Сердце буднично, с оттенком брезгливости, словно нашел в тарелке волос.

Отложил приборы и посмотрел мне в глаза — во взгляде больше не было тоски. Там был холодный расчет.

— И знаешь что? Теперь мне даже стало легче — я тебя благодарю.

Нахмурился, чувствуя подвох.

— Что вы имеете в виду, Глава?

Торгрим едва заметно улыбнулся. Дожевав последний кусок, залпом, не смакуя, осушил кубок до дна. Звон серебра о дерево прозвучал как финальный аккорд.

Откинулся на спинку стула, расправляя складки дорогой ткани на груди.

— Теперь, когда ты принял столь судьбоносное решение, мальчик… Вся ответственность за жизни людей, за судьбу этих проклятых земель легла на тебя. Я сбросил свой груз, и чувствую себя…

Мужчина глубоко вдохнул, запрокинув голову к темному потолку — смотрел туда так, словно видел не закопченные балки, а голубое небо. Прикрыл глаза, словно подставляя лицо под ласковое солнце.

— … Лучше.

Старик выдохнул с облегчением, открыл глаза и посмотрел на меня в последний раз — холодно и отстраненно.

— Иди.

Махнул рукой и отвернулся.

Слова ударили, как клинок в грудь. Старый лис бил без промаха — повесил на меня всё. Заставил усомниться.

«Я… Я… Я…»

В голове зазвучал тот самый голос. Голос, который всегда шепчет, что ты ничтожество, что ты ошибся, что убил их всех своим отказом.

Я схватился руками за виски, пытаясь заглушить шепот — перед внутренним взором вспыхнули спасительные строки.

«Акт Высшей Воли».

«Самостоятельное Творение».

«Отвергающий Цепи».

Слова стали броней — убрал руки от лица.

— Нет, Глава Торгрим, — отчеканил я, голос был тверд. — Этот груз будет на вас пожизненно — куда бы вы ни поехали, что бы ни говорили… Кристалл — ваш, и вина — ваша.

Старик вздрогнул, но не повернулся.

— И если вы сейчас откажетесь от реальной помощи, то совершите главную ошибку в своей жизни. Это будет означать, что все потери — шахты, ваши сыновья, люди, верившие в вас — всё было напрасно. Они сгинули просто так, в пустоту.

Я сделал паузу, давая словам проникнуть в кровь Каменного Сердца.

— Подумайте еще раз, и подумайте очень хорошо.

Его широкая спина напряглась.

— Готовы ли вы помочь мне со Звездной Кровью? Без сделок с совестью?

Скула старика дернулась, дыхание сбилось, став тяжелым и сиплым — руки нервно комкали скатерть.

— Ну? — бросил вдогонку, не давая старику уйти в защиту. — Так и?

Йорн Одноглазый сидел в луже теплой крови, растекающейся по грязному снегу главной улицы. Вересковый Оплот, еще недавно пытавшийся казаться деревянной крепостью, теперь похож на открытую могилу.

Вся центральная дорога усеяна телами — люди лежали вперемешку с тварями — изломанные, растерзанные куклы рядом с хитиновым кошмаром из глубин. Снег почернел и спекся.

Йорн ни о чем не думал — просто дышал. Каждый вдох давался с боем, вырываясь из груди рваным рывком, отдававшимся болью под ребрами. Челюсть мелко дрожала, выбивая безостановочную дробь, но не от холода.