Книга Три Царя, страница 220 – Игорь Маревский

«Выжить. Главное выжить». Балдур мог поклясться, он прочел это в её единственном глазу, когда они оказались рядом. Всего в нескольких метрах над землей, ей всё же удалось развернуться, и сделать лишь пару взмахов крыльями, перед тем как тяжело удариться у о землю.

От такого падения, которое хоть и смогла смягчить мать, Балдура и Ярика отшвырнуло на несколько шагов. Боги! Почему именно сейчас? Именно в этот момент? Балдур не чувствовал боли, не чувствовал совершенно ничего, кроме противного, раздирающего плоть зуда в районе живота. Он резко упал на спину и, неестественно выгнувшись, принялся чесать сквозь грязную рубаху под плащом. С каждым касанием его ногтей через одежду, он ощущал, что будто муравьи бегают по его телу, кусая в разных местах и избегая рук человека. Он зарычал, а затем закричал что есть сил.

Ярик заметно держась за бок подбежал к нему и рывком расстегнул рубаху, а затем отступил назад. Метка, рисунок, печать, как бы её не называли буквально искрилась огненным оттенком, обнажая все вены на теле человека. Балдур продолжать корчиться от боли, и выгнув спину выл от зуда. Ярик попытался прикоснуться, и тут же отдернул руку, почувствовав, как фаланги пальцев пронзило сотнями игл, а суставы буквально окаменели на мгновение.

— От те ж на! — Вырвалось с его уст.

Балдур, изнывая от боли, смог поднять руку и указал в сторону аспида. Ярик обернулся.

Мать лежала на земле неподвижно. Единственным здоровым глазом она смотрела на Балдура, тяжело дыша. Они сошлись взглядом тогда, когда зуд и спазм пошли на спад, и Стервятник смог слегка повернуться. Внезапно ему показалось, как приступ сходит на нет, и тело возвращается под его контроль.

— Это что за хрень с тобой только что произошла? — спросил Ярик, помогая ему встать.

Балдур отрицательно помахал рукой, жадно хватая ртом воздух.

— Это Серый паскуда, так ведь? Он псина мучает, подгоняет. Вот…

Ярик не успел закончить, как Балдур вновь изогнулся, и отрыгнул добрую порцию крови, цепляясь пальцами за плащ рыжеволосого.

— Эй, ты тут не смей помирать, Балдур! Мы только что на аспиде летали, и, паскуда, собрали ведь паскуду вдвоем, как в старые времена! Эй, Балдур?

Стервятник выплюнул остатки того, что можно было назвать кровью вперемешку с его содержимым желудка, и посмотрел на человека. Заметные кровоподтеки под его глазами и тяжелое дыхание говорили о том, что времени осталось совсем мало. Сухие потрескавшиеся губы и пустые уставшие глаза подтверждали вышесказанное.

— Так, всё. Нахрен аспида и всё остальное, я веду тебя к Гривастым, остальные должны быть уже там.

— Как она? — процедил сквозь зубы Балдур.

— Кто? Мира? Да я откуда знаю? Придем, сам спросишь, давай, берись за моё плечо. На левый бок, и не дави сильно.

Балдур отвергнул помощь рыжеволосого, и шаркающей походкой направился к матери:

— Как ты знал, что это сработает? — спросил он по пути.

— Полет? — следуя за ним, переспросил Ярик, вытирая кровь с лица травой, а раны, от усиленного метаболизма духа, раны начинали постепенно запекаться. — Ну так просто ведь, в воздухе ведь, нужно было лишь немного её повернуть, помочь, а дальше она сама. Динамика, сборщик.

Балдур что было сил ухмыльнулся, лопая пузырек крови в уголках рта:

— И где ты такое слово умное выучил?