Книга Три Царя, страница 218 – Игорь Маревский

Балдур прикусил нижнюю губу и, поддав скорости, посмотрел на единственный целый глаз аспида. Второй, куда совсем недавно угодила пуля его револьвера, уже перестал сочиться кровью, да постепенно начинал восстанавливаться. Чистая, первобытная ярость. Всё что он смог прочитать. Ничего больше, чем непреодолимое желание растерзать, разгрызть и раздробить каждую косточку в теле человека.

Ему нужен был план и срочно. Вдруг Балдур вновь посмотрел на Ярика и ему в голову пришли слова, сказанные в тронном зале Солнцеликого. Ложь, чушь и полная бредятина даже по стандартам человека, однако в тот момент это показалось ему хорошей идеей.

Должно получиться. Просто обязано. Отказываюсь верить, что отец Ярика был прав и в тот момент. Кем бы он чёрт возьми ни был. Балдур нацелился на атаку, и вставив новых кристаллик в паз, стиснул зубы.

«Выжить, главное выжить, а там и Ярика вытащим», ¾ крутилось в его голове. Сознание прояснилось. Воздух был свеж и богат лесным аромат чистоты. Звуки постепенно сливались в единое и затухали на фоне, будто неважный белый шум. В очередной раз он и его цель. Смерть или успех. Сердце зачастило. Схватка. Сбор. Азарт.

Нож и револьвер покоились там, где и было их место. Балдур не щадил ног, гнал что есть сил. Мать, широко раскрыв клюв, ударила, и человеку едва удалось увернуться от её атаки. Физическое и духовное утомление, сказывались на аспиде, и юная мать, была уже не так быстра, как могло показаться ранее. Балдур неуклюже плюхнулся на землю, и не теряя времени, быстро заработал руками и ногами, цепляясь за край чешуйки зверя.

Пальцы быстро соскальзывали, и Стервятник с частым дыханием карабкался на спину. Он хватался за каждую чешуйку, до которой мог дотянуться, стараясь не оставаться на месте, будто горе-охотник, что пытается спастись от стаи волков на дереве.

Аспид заверещал, однако в этот раз не от боли, а из-за уязвленного самолюбия. Взмах крыльев и зверь оторвался от земли. Ярик, что до сих пор сжимал хлыст мёртвой хваткой, дёрнулся и воспарил. Первым делом Балдур забрался на спину и оказался у шеи зверя. Ему надо было избавиться от удавки, чтобы освободить рыжеволосого.

В обычном случае, когда заклинание теряет духовный контроль хозяина, оно тут же испаряется. Балдур достал нож и попытался срезать, однако лассо, питаемое духом Ярика, не поддавалось. Аспид стремительно набирал высоту, пытаясь стряхнуть людей со своего тела. Балдур ударил раз, затем еще один. Очередной желтый кристалл. Однако часть потерянного духа заставило аспида сбавить высоту. Крылья становились всё тяжелее. Сборщик нырнул в мешочек на поясе, и это практически стоило ему жизни. Аспид, резко взмыв к небесам, махнул крыльями, обнажая своё брюхо к солнцу. Стервятник едва успел схватиться за одну из чешуек, и сам оказался над пропастью. Зверь кричал, вопил. Они оба знали, что в таком положении он не продержится долго.

Пальцы человека постепенно соскальзывали, а сам он застучал зубами, пытаясь удержаться. По какой-то причине он знал, что не погибнет в тот день, знал, что еще увидит Сырника и остальных. Знал или просто надеялся, впуская самозабвение в свой разум. Балдур понимал, что при его роде деятельности он погибнет не на мягкой перине и уж тем более не от старости. В один день ему не повезет, и он останется безымянным трупом среди земель Личьих. Он знал, он понимал, но только не так. Быть раздавленным аспидом, так и не сумев спасти Ярика. В конце концов сбор был его планом.