Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 35 – Эд Крокер

СЭМ

Я открываю глаза за полсклянки до первого звонка. Стараясь не разбудить Бет, быстро одеваюсь. Поверх обычного небесно-голубого форменного платья горничной накидываю оранжевую шаль: на неделе стояла прохладная погода, а я хочу выглядеть поэлегантнее. Это единственная верхняя одежда, которую нам дозволено носить, не считая наряда для чертогова дня, когда мы удаляемся от дворца на достаточно большое расстояние и рискуем испортить тщательно продуманный образ дворцовой прислуги. Шаль прекрасного качества, связана из тончайшей шерсти барана, обитающего в Клыкастых горах. Ее мне подарила вторая горничная в неожиданном порыве благодушия, когда мне было особенно грустно – в первые месяцы работы во дворце.

Быстро глотнув коровьей крови в трапезной для горничных, я спешу в карету, что ожидает меня у черного входа. Сегодня ветрено и холодно – скверная погода для первых недель зеленомора, поэтому, усевшись, я плотнее кутаюсь в шаль. Один из многих «подарков», уготованных тебе некачественной кровью: когда лето начинает сдавать позиции, ты сразу ощущаешь это на себе.

Карета трогается, и я погружаюсь в раздумья. Дворец первого лорда находится в Северной Пади, примерно на полпути между Центральной Падью и северной горной дорогой, а леди Окар, по словам возницы, живет на самом юге Северо-Восточной Пади, почти на границе с Восточной Падью, где имения лордов уступают место мидвейским коттеджам с небольшими участками. К югу от Северо-Восточной Пади местность низинная, так что если поместье у нее достаточно большое, то в ясный день оттуда наверняка видно всю мидвейскую часть города до Юго-Восточной Пади и улиц изморского поселка, где я росла. Возможно, этим и объясняется милосердие хозяйки. Или же, как сказала Бет, благотворительность для нее – лишь способ изобразить из себя светскую львицу. Бет редко бывает циничной, несмотря на все, что ей довелось пережить. Я почти надеюсь, что она права.

На развилке карета сворачивает влево, на главную трассу с высокопарным названием «Путь Лордов», ведущую в Северо-Восточную Падь. Движение тут становится плотнее, дамы и господа спешат во дворец или на юг, в Центральную Падь, посмотреть театральную постановку или сделать ставки на бирже крови. Луна сегодня почти полная, на небе ни облачка, и мне хорошо видны проносящиеся мимо экипажи, в которых сидят сильные мира сего, а также те, кто хотел бы ими стать.

Мимолетом примечаю дамские туалеты. Платья – в набивших оскомину красном и синем цветах, на которых помешана знать, – меня не особо волнуют. А вот колье вызывают мой живой интерес, ведь именно в них кроются детали: каждое серебряное колье выполнено в форме животного, кровь которого традиционно употребляет семья. У самых богатых это олень, ястреб, медведь или кит; попадаются и другие благородные животные: орел, щелкохвост и гигантская акула. Я читала, что раньше носили колье и с вольфхайндами, но, полагаю, сейчас, пока мы с волками в мире, такие украшения надежно припрятаны в фамильных сокровищницах. Уверена, что вольфхайндам от этого гораздо спокойнее. Глазами животных служат самоцветы: чем богаче семья, тем больше или качественнее камни. Ожидаемо часто встречаются камни унылой официальной расцветки – рубины и сапфиры, но порой мелькает топаз, изумруд или приличная горстка жемчужин. Держу пари, всего один такой камешек обеспечил бы меня мидвейской кровью на добрый десяток лет.