Книга Светопад. Пепел бессмертного, страница 120 – Эд Крокер

Я медлю. Входить внутрь не хочется, потому что как только я войду – все. Если что-то пойдет не так, то я не только подвергну опасности себя, но и провалю первое порученное мне настоящее дело. Как бы доброжелательно и мягко ни поддерживала меня леди Окар, о ее стальном характере мне тоже известно; если я не справлюсь с задачей, которую регулярно выполняют другие пиявицы, не будет мне среди них места, какую роль ни сыграла бы я в начале всей этой истории. Вот тогда и посмотрим, какая кровь мне положена.

На входе в банк самые мощные каменные двери, что я когда-либо видела. Чтобы выломать такие, потребуется немало волчьей крови. К счастью, сейчас они открыты. Перед ними стоит высокий широкоплечий вампир – по виду он способен пробить кулаком колонны, всего лишь потянувшись. Он чисто выбрит, с короткой стрижкой, на его лице не отражается ничего, однако красноватая поволока в глазах намекает, что он принял более чем приличную кровь. Наверняка этот тип при желании может много чего переломать, поэтому я одаряю его улыбкой, дабы ненароком не оказаться среди этого многого. Он смотрит не на меня, а на какую-то точку у меня за спиной. Интересно, существует ли в мире хоть один охранник, который не пробовался на роль законченного придурка?

— Письмо.

На мгновение я задумываюсь: откуда он знает, зачем я пришла? Но затем вспоминаю, кто я и как выгляжу. Разве примешь меня за того, кто собрался открыть вклад? Я вручаю ему письмо от леди Окар.

— Помещение для уборщиц – прямо и направо. Шагай прямиком туда, – говорит он и добавляет: – Не вздумай отклониться от курса.

Явно считает, что мы, служанки, слов не понимаем.

Внутри все в точности так, как описано в книгах, но помещение больше и оживленнее, чем я себе представляла. Передо мной огромный квадратный зал, в который можно вписать целый ряд изморских домов из Юго-Восточной Пади. С каждой стороны квадрата по нескольку дверей с аккуратными латунными табличками, а в каждом его углу открывается коридор, ведущий к таким же дверям.

На полу грандиозная мозаика – расширяющиеся концентрические круги из ярко-синих, белых и красных камешков образуют силуэты всех животных благородных кровей: ястреба, орла, оленя, кита, щелкохвоста, медведя, гигантской акулы, пумы и, конечно, вольфхайнда.

Мой взгляд прикован к середине зала. В самом центре возвышается спиральная лестница, должно быть, футов в сто высотой, каменные ступени ведут к расположенным наверху банковским хранилищам – снизу видны их внушительные каменные двери.

Надеюсь, что выгляжу сейчас как изморская девчонка в благоговейном трепете, каковой, впрочем, и являюсь. Сворачиваю направо, следуя указаниям охранника, спускаюсь на несколько лестничных пролетов в юго-восточном углу площади и подхожу к обшарпанной деревянной двери. Помещения для прислуги одинаковы везде. Вхожу и вижу море хмурых лиц. Последние десять лет такие я встречаю ежедневно. Иногда и в зеркале. Я сажусь. Теперь предстоит дожидаться восьми звонков: тогда банковские служащие уйдут, и начнется уборка.

Жаль, что у меня нет с собой книги.

ПЕРВЫЙ ЛОРД АДЗУРИ

Высунувшись из окна кареты, я смотрю на двух стражей крови, летящих ровнехонько над нами. Они из моей личной охраны, и, разумеется, у них есть доступ к дающей крылья волчьей крови, но я не хочу, чтобы они пользовались ею для таких простых перемещений, как это. Для поездки в изморский поселок мне не нужны глаза в небе. Но когда я пытаюсь это прекратить, Редгрейв смотрит на меня с укоризной и терпеливо объясняет, что любой выезд в город первого лорда традиционно проходит в сопровождении крылатой стражи. Да, соглашаюсь я, все верно, но сложилась эта традиция в совершенно иных обстоятельствах. До Войны двойников и перемирия с вольфхайндами мы постоянно употребляли волчью кровь – все зависело лишь от того, сколько волков удавалось изловить в лесу. Тогда не нужно было экономить драгоценную субстанцию ради будущей войны с супермощной армией, состоящей кровавый черт знает из кого и держащей нас взаперти в этом городе, как крыс в клетке. Теперь же такая практика – непозволительное расточительство. Не говоря уже о том, что демонстрация силы, коей она призвана служить, возможно, и была необходима давным-давно в Светопаде, где изморы представляли собой бурлящий от ярости и амбиций низший класс, но сейчас, когда они превратились в орду грязных, изможденных селян, это уже перебор и, честно сказать, выглядит как чванство.