Книга Четвёртая Ипостась, страница 10 – Алексей Пислегин

В бордель он приходил в мирской одежде, сейчас был облачён в наряд послушника.

Нет!

Не может быть!

Он – служитель Триликого?! Почему?!

— Меня зовут Юлиан, брат Мартин, – вежливо кивнул мучитель, удостоив Анну лишь короткого взгляда. – Я сын пастора Александра. Кто ваша спутница? На сестру по служению она не похожа.

— Эта барышня – Анна. Она будетсестрой по служению, – отозвался монах. – Но её историю я если и расскажу, то позже. Хотите – расспросите её сами. Меня сегодня ждут совсем другие дела.

— Да, конечно, – Юлиан кивнул. – Ваши дела безотлагательны. Но сначала – я хотел бы увидеть ваш знак.

Монах молча достал из-под рясы Трипутье, показав его сыну пастора. Тот тут же отступил в сторону, пропуская их внутрь. Брат Мартин, видя, что Анна медлит, чуть двинул головой, показывая, чтобы она вошла первой.

Секунду девушка медлила, борясь с дрожью в ногах. На Юлиана она старалась не смотреть – зато чувствовала на себе его взгляд. Наконец, решившись, быстро проскочила дверной проём – так, словно сквозь огонь рванула.

— Кто это, сын? – послышался голос из глубины помещения. Анна оказалась в притворе – переходе между улицей и нефом, основной частью церкви. Дверь напротив была открыта, и в проёме стоял пастор Александр – лысеющий старик в чёрном одеянии, с подсвечником в руке. Взгляды Анны и пастора встретились. – Блудница!

От его резкого крика девушка вздрогнула, ноги подкосились, но равновесие она всё же удержала.

Вот и всё. То, чего Анна боялась, произошло. Неужели Третий думает, что она отмоется от этого клейма? Из глаз сами собой брызнули слёзы, и она, скукожившись, закрыла лицо плащом. Хотя бы так укроется от своего позора.

— Что же ты делаешь, сын?! – кричал тем временем пастор. – Тебе мало слухов, мало сплетен?! Эти прошмандовки уже сами идут к тебе?! Сюда, в Дом Триликого?!

— Сейчас не лучшее время обсуждать это, отец, – медовым голосом отозвался Юлиан. – Блудницей и прошмандовкой ты назвал нашу будущую сестру по служению. И пришла она не одна.

— Плеть?! – услышала Анна крик пастора – и тут же замерла в ужасе. Брат Мартин, видимо, вошёл в притвор, и тут же его назвали этим ужасным прозвищем. Что же будет?

Ничего не случилось, Третий просто хмыкнул и спокойно произнёс:

— Слава Триликому, брат мой.

Не удержавшись, Анна открыла лицо, увидела, как пастор удивлённо хлопает глазами. Наконец, он тяжело вздохнул и выдавил:

— Так было, так есть и так будет. Я уже боялся, что вы не успеете, брат.

— Брат Мартин, – подсказал монах. – Мне жаль, что не смог явиться раньше, но путь был неблизкий. И даже то, что я был в Нироле, когда прилетел ваш голубь – это провидение Триликого, не иначе.

— Я понимаю, – пастор кивнул, шагнул в сторону, давая пройти. – Входите. Входите скорее.

Первым в неф, всё так же улыбаясь, вошёл Юлиан. Он выглядел отстранённо и очень благочестиво – и у Анны из-за этого возникло сильное желание плюнуть в его лицо. Уж она-то знала, где маска, а где – его отвратительный истинный облик.

Третий скользнул в дверной проём следом за Юлианом, после вошла уже Анна. Пастор вдруг придержал её, тихо спросил:

— Как тебя зовут, дитя?

— Анна, – растерянно отозвалась девушка.

— Я приношу извинения, Анна. То, как я назвал тебя – ужасно. Как и сцена, что вы с братом Мартином увидели после. Надеюсь, ты сумеешь меня простить?